Онлайн книга «Торговец цветами»
|
Но так и не смог понять, что именно чувствует, и к чему же он все-таки перешел. Поначалу это было похоже на страсть, которая буквально разъедала все его кости. Он мечтал, как затрахает Чу так, что тот не сможет встать с постели… Желал Ваньнина так, что порой у него темнело в глазах, и он больше не понимал, как дышать. Ваньнин был его целью. Его безумием. Он все еще ненавидел его за то, что тот продолжал прожигать его ледяными взглядами, и в то же время не мог перестать о нем думать. Не мог перестать желать его. Затем... его чувства стали еще более сложными. Он почувствовал что-то, что можно было бы теоретически назвать жалостью... Странное, противоречивое, щемящее душу, выворачивающее наизнанку ощущение, которое заставляло Мо Жаня постоянно колебаться. Он внезапно понял, что не переносит, когда Ваньнин смотрит на него полным недоверия взглядом. Что боится задеть его чувства. Что не выносит мысли о том, насколько одинок его учитель. Что ему становится физически плохо, стоит ему представить, как Ваньнин испытывает боль или страх… ...И в то же время он лишь окреп в своей уверенности, что обязан заставить Ваньнина впустить его в свою жизнь. Все же никакая жалость не могла вынудить его отступиться. Никакие увещевания дяди Сюэ. И уж точно не сам Ваньнин, который едва ли сам знал, что для него хорошо. ...Той же ночью Мо Жань вывел уже немного успокоившегося Ваньнина на откровенный разговор — и балетмейстер, видимо, считая, что его рассказы о прошлом оттолкнут Вэйюя, не скупился на подробности. Вот только с каждым словом Ваньнина Вэйюй лишь мрачнел и становился еще увереннее, что Ваньнину не справиться в одиночку ни со своими фобиями, ни с ситуацией, в которой оказался. Люди Жуфэн столько лет держали его в страхе — совсем неудивительно, что Сюэ Чженъюн был бессилен чем-либо помочь балетмейстеру Чу. Ваньнин же был слишком гордым, чтобы позволить себе на кого-то положиться, и в то же время слишком привык решать проблемы самостоятельно чтобы рассказывать о них кому-то еще — не говоря уже о том, чтобы обременять другого человека заботами. Чего только стоило Мо Жаню уговорить его временно переехать к нему! К тому же, балетмейстер боялся Жуфэн настолько сильно, что был готов оттолкнуть от себя Мо Жаня, лишь бы только тот не попал под удар… «Какой же ты забавный, Ваньнин… — вздохнул он, — Так отчаянно пытаешься защитить меня, хотя единственный, кто нуждается в любви и защите — ты сам…» Вэйюй теперь видел все поступки балетмейстера как на ладони, и, понимая, что не может ничего изменить в прошлом, стал раздумывать над тем, что ему делать теперь. Как защитить Ваньнина? Как помочь ему раскрыться? Он все еще был зол на себя из-за того, что так долго принимал холодность Ваньнина за чистую монету, и даже научился ненавидеть этого человека… Подумать только! Он ненавидел Ваньнина за то, что тот так отчаянно отталкивал его. За то, что шесть лет назад он прогнал его прочь. Но разве он тогда знал, что скрывалось за холодной маской его учителя и его жесткими словами?.. Все-таки он был глупцом. Он совершил так много ошибок в отношении учителя... Что же, теперь настало время их исправить. Что с того, что Ваньнин с ним так холоден и резок? Что с того, что он не умеет по-другому? Разве имело это хоть какое-то значение, если Мо Жань был готов принимать его таким? |