Онлайн книга «Торговец цветами»
|
Комментарий к Часть 10 Вот и еще одна часть подъехала. Надеюсь, понравится. При написании я активно вдохновлялась ютубом: в частности, видео “Luo Yunxi: Another you in the world”, разными фэшн-бэкстейджами этого актера, а также выступлениями Karina Silva и Kristina Vellai на полотнах. Оговорюсь, что в воздушных полотнах, в отличие от танцев, я полный ноль, поэтому, если где-то что-то напутала с терминами, не судите строго ^^'. ====== Часть 11 ====== ...Его балетмейстер выглядел смущенным. Мо Жань осознал это еще утром — однако был слишком погружен в самокопание чтобы понять, что делать с этой информацией дальше. И все же этим вечером он ради проверки своей теории снова несколько раз пробовал нарушать границы этого ледяного лотоса — только слепой бы не заметил реакцию Ваньнина. Холодное выражение прекрасного, белого, словно нефрит, лица отчаянно контрастировало с буквально полыхающими кончиками ушей, а из-под непроницаемых темных стекол очков на Мо Жаня буквально пялились в неописуемом шоке два огромных, темных, словно безлунная ночь, глаза… Мо Жань вдруг рассмеялся, чувствуя, как настроение идет в плюс. Его Ваньнин буквально поедал его глазами там, в vip-боксе, и, когда Мо Жань поймал его с поличным, ему было некуда деться. Чу, конечно же, попытался сбежать — но Мо Жаню с легкостью удалось поймать его еще до того, как он окончательно скроется и снова окружит себя ледяной стеной безразличия. — Почему ты смеешься? — раздраженно спросил Ваньнин, хмурясь все сильнее. Он сидел на пассажирском сидении по правую руку от Мо Жаня, и его брови напоминали два меча, готовых к атаке. — О, я вдруг подумал, что тебе так понравилось мое выступление, что мы могли бы включить подобный трюк в постановку. Что скажешь? — Мо Жань намеренно не стал спрашивать, понравилось ли балетмейстеру шоу. Он прекрасно знал, что этот упрямец либо назовет все «вздором», либо скупо охарактеризует его старания как нечто «сносное». На другие комплименты рассчитывать было нечего. Но тут Ваньнин удивил его. Немного помолчав, он сказал: — Мне, правда, понравилось. Но все эти трюки опасны, и ты выполняешь их без страховки. Ши Минцзин сказал мне, что у тебя даже не было возможности все как следует отрепетировать… Тебе, правда, необходимо так собой рисковать? Мо Жань невольно поежился от его проницательного взгляда, впервые не зная, что на это ответить. Отшутиться от слов балетмейстера Чу у него не поворачивался язык. — Мой дядя утверждает, что всему виной саморазрушительные тенденции, — тихо усмехнулся он. — Он неплохой мозгоправ, и я склонен ему верить. Признание вырвалось само собой, прежде чем Мо Жань успел отфильтровать то, что только что сказал. «Какого хр*на я только что вспомнил дядю Сюэ?! Ваньнин же не глуп — он вполне сможет что-то заподозрить...» — Твой дядя, должно быть, мудрый человек, — осторожно сказал Ваньнин, покусывая нижнюю губу, как если бы нервничал. — Я знаю о саморазрушении не понаслышке. Ты молод, и будет печально, если ты совершишь сгоряча ошибку, о которой будешь жалеть всю жизнь, искренне веря, что поступаешь правильно. Мо Жань прищурился, бросая косой взгляд на балетмейстера Чу. Было любопытно то, какие слова тот подобрал: у юноши складывалось впечатление, что он говорит о себе и своих собственных промахах. |