Книга Торговец цветами, страница 404 – YeliangHua

— А ты?.. В прошлый раз, когда Мо Жань попал в неприятности, тебя избили…

— Со мной всё будет в порядке.

Чу Ваньнин не поверил. Он действительно не хотел уходить — продолжал вглядываться в красивое, но бесстрастное лицо Ши Минцзина, пытаясь понять, чего тот добивается.

Он хотел бы ему помочь — но даже не представлял, чем.

— Пожалуйста, уходи, — тихо повторил Ши Мэй и, развернувшись к балетмейстеру Чу спиной, вышел на улицу первым.

Ваньнин и Мо Жань остались одни — однако по крайней мере оба были теперь в относительной безопасности.

— Нам действительно нужно идти, — напомнил Вэйюй, потому что балетмейстер Чу продолжал смотреть вслед уже давно скрывшемуся Ши Минцзину со сложным лицом. — Ваньнин?..

Казалось, ещё немного — и он отправится за ним.

Только со второго оклика мужчина наконец опомнился.

— Это его выбор, — напомнил Вэйюй вполголоса. — Он знает, что делает.

— Приехать за тобой сюда тоже было моим выбором, — напомнил балетмейстер Чу, хмурясь.

Мо Жань мог презирать Ши Мэя за скрытность и попытки манипулировать, однако Чу Ваньнин понимал: Ши Минцзин собирался в очередной раз подставиться под удар.

Во многом они были действительно похожи.

— С ним будет всё в порядке, — снова попытался убедить балетмейстера Мо Жань. — Думаю, он хорошо подготовился к любым вопросам Жуфэн и прекрасно знал, что делает, сталкивая картель и людей Син Чана. Позволь ему заниматься тем, что он умеет лучше всего — мы с тобой сейчас только мешаем… пойдём.

Вероятно, так оно и было: присутствие Мо Вэйюя могло всё усугубить.

Чу Ваньнину оставалось только смириться — и поверить, что Ши Мэй действительно осознавал все риски и мог постоять за себя…

…Вскоре Чу Ваньнин с Мо Жанем уже были на расчищенной от снега трассе — возвращались обратно в отель.

В машине негромко играла тема из “Баядерки”, лишая необходимости говорить друг с другом. Практически разряженный в ноль мобильный телефон больше не мог похвастаться интересной новостной лентой, так что балетмейстер, в основном, развлекал себя пейзажами смеркающегося неба над проносящимися мимо верхушками заснеженных деревьев.

Мо Жань всё ещё выглядел побитым, однако после того, как умылся на ближайшей заправке, и балетмейстер Чу обработал ему рассечения, уже перестал напоминать восставшего из мёртвых. Впрочем, смотреть на него всё равно было немного неловко.

Что же до самого Чу Ваньнина, то он ни на что не жаловался — разве что на лёгкую боль в пояснице из-за долгого пути.

Очень не хватало привычных нагрузок у станка, всегда помогавших сбрасывать напряжение — что могло быть лучше, чем танцевать до онемения в руках и свинцовой тяжести, пока чувство физической усталости не зазвучит в теле громче всех прочих проблем и переживаний?..

Усталого после изнурительных репетиций Ваньнина обычно мало занимало, насколько правильные вещи он говорит, или насколько некомфортно окружающим с ним, если он молчит уже несколько часов кряду.

Сейчас же его мысли, словно слетев с орбиты, бесконечно вертелись вокруг единственной темы.

“Что дальше?”

Он вдруг подумал, что, возможно, настало время вернуться к репетициям — но всё ещё не знал, что об этом думает Мо Жань.

К слову, о Вэйюе — тот вёл себя всё это время подозрительно тихо, так что балетмейстеру Чу иногда начинало казаться, что всё, что они оба пережили, ему приснилось.