Книга Торговец цветами, страница 340 – YeliangHua

В глазах Ваньнина он, казалось, тогда видел целые вселенные — мерцающие огни далёких миров, в которые он влюблялся с каждой секундой всё сильнее. Вероятно, впервые встретив Чу когда-то давно, много лет назад, полюбил его, осознав, что человек перед ним… возможно, вовсе и не человек, а прекрасный дух, сотканный из звёздной пыли и лунного света. В это было так легко поверить в тёмном балетном классе, где Ваньнин в одиночестве танцевал перед зеркалами, не глядя на собственное отражение.

Мо Жаню тогда было всего десять. Он понятия не имел, что изящный юноша-дух — на самом деле, разбитый внутри, одинокий парень чуть старше него самого, отчаянно нуждающийся в том, чтобы с ним был рядом хоть кто-нибудь, но в то же время живущий в постоянном страхе, преследуемый призраками прошлого.

Теперь, спустя много лет, Мо Жань всё ещё испытывал странный восторг, когда находил отголоски того яркого сияния в глубине тёмных, словно ночь, глаз.

Этим светом он хотел любоваться вечность, если даже не мог им обладать.

Но Чу Ваньнин продолжал отдаляться с каждым днём, и взгляд его медленно угасал.

Сейчас, когда он смотрел на Мо Вэйюя, парень видел лишь всепоглощающую тьму и… решимость. Несмотря на все старания, Ваньнин, казалось, был несчастен — и оставалось неясно, можно ли это исправить.

“Я знаю, что ему нужно на самом деле. Он любит танцевать — и, только когда танцует, чувствует себя свободным, — продолжал твердить внутренний голос. — Помоги ему. Ты же видишь… ты должен ему помочь. Он будет сиять только для тебя.”

Вэйюй зажал уши ладонями.

Слушать этот голос было опасно. Прямо сейчас он смотрел на Чу Ваньнина, который крепко спал, сжавшись под одеялом так, словно пытался защититься от всего произошедшего.

Нет, он не хотел, чтобы Ваньнин сиял лишь для него — ему было бы достаточно и того, что мужчина перестанет избегать его. Снова отведёт для Мо Жаня место в своей жизни…

“Это не так. Он твой. Должен быть твоим.”

Но этот же убл*дский голос утверждал всего час назад, что Чу Ваньнину, на самом деле, понравится, если Мо Жань переоденет его в костюм. И в украшения — тоже.

А теперь всё это лежало кучей мусора на полу, свидетельствуя об обратном.

По спине Вэйюя прошёл озноб, и он, наконец, позволил себе вспомнить, как сильно завёл его танец, и что произошло затем. Он не собирался заниматься с Ваньнином сексом, или принуждать его к чему-либо, но балетмейстер вёл себя очень странно. Смотрел на него таким взглядом, словно в любую секунду его сердце могло разорваться от боли. В его глазах парень читал бл*дскую жалость, как если бы это не Чу Ваньнину нужна была помощь, а ему самому: уголки глаз Чу раскраснелись, тонкие губы едва заметно подрагивали. Он то скрипел зубами от злости — то выглядел так, словно находился на грани истерики.

При этом говорил с Мо Жанем, будто ему всерьёз было не плевать — и его слова совсем не вязались с тем, что можно было прочитать в его взгляде.

Безысходность.

“Мне важно знать, чего бы ты хотел, Мо Жань…”

Отчаяние.

“Ты никогда не был для меня игрушкой.”

Вэйюя прошиб ледяной пот.

“Если хочешь секса, так и скажи…”

Он всерьёз заставил мужчину встать на колени и тр*хнул его в рот — а тот ему это позволил.

На самом деле, выглядело всё так, словно Ваньнин его поимел, потому что в этом бл*дском тёмном взгляде, подёрнутом поволокой желания, читалось… удовлетворение.