Книга Торговец цветами, страница 292 – YeliangHua

В насмешку.

А как еще можно было назвать необходимость спать всего в нескольких метрах от человека, один взгляд в сторону которого поднимал член колом?.. Никакая ширма не была способна его спасти от унизительного ощущения бессилия что-либо изменить.

Приняв решение, Мо Жань обреченно вздохнул.

Он собирался провести всю эту ночь в компании Ши Минцзина — плевать, что Чу Ваньнин угрожал, будто больше не возьмет его ни на какие конкурсы.

Пускай.

Даже это было лучше, чем всю ночь лежать без сна, сгорая от желания к человеку, который только и способен, что жалить ядовитыми словами и сыпать издевками.

К человеку, который настолько холоден, что способен выбросить печенье, преподнесенное ему учеником ото всей души.

К человеку, которого от Мо Жаня и его попыток стать ему хотя бы другом, видимо, воротило.

Он лежал в постели без сна уже пару часов. Поначалу не хотел гасить свет — все еще надеялся, что Мо Жань вернется в номер, пусть и с опозданием. Но он должен был признать, что сам спровоцировал юношу сбежать.

В конце концов, какой подросток в своем уме захочет, вырвавшись из дома, проводить Циси в компании человека вроде Чу Ваньнина? Глупый… он решил, что, если расселит Мо Жаня и Ши Мэя, они не найдут способ провести эту ночь вместе.

Глаза в который раз безбожно защипало — и парень раздраженно прижал прохладные пальцы к векам. Еще этого не хватало. В какой момент он утратил контроль и позволил себе влюбиться в своего ученика?..

Если подумать, у них не было огромной разницы в возрасте — он был старше Мо Жаня всего на пару лет. Вот только с таким же успехом это могла бы быть разница в полвека, потому что он был скучным, глупым, вздорным, абсолютно никому неинтересным. Некрасивым. И, ко всему прочему, больным.

Он начал преподавать лишь потому что приступы астмы в какой-то момент обострились, и ему пришлось уменьшить количество выступлений, опасаясь, что однажды нагрузка добьет его, и он подведет труппу. Все еще выступал на сцене время от времени — но и он, и Хуайцзуй знали, что так не будет вечно. И что однажды — возможно, через год, или шесть лет — ему придется закончить карьеру танцовщика.

На самом деле, он имел вполне четкое представление, почему астма внезапно начала так быстро прогрессировать. Если раньше приступ мог случиться раз в полгода, а то и реже — теперь он вынужден был таскать ингалятор с собой буквально всюду. Брать его с собой даже в ванную — и хранить под подушкой на случай, если начнет задыхаться среди ночи.

Все пошло под откос когда он принял решение прекратить индивидуальные занятия с Мо Жанем.

Это было тщательно продуманное и очень взвешенное решение, которое он принял в одностороннем порядке потому что знал, что дальше так продолжаться не может. Он либо сойдет с ума, либо выставит себя и свои чувства на посмешище перед единственным человеком, который когда-либо проявлял к нему симпатию — и так искренне пытался стать его другом все это время.

И все разрушит.

Беда в том, что Чу Ваньнин не желал дружбы с Мо Жанем.

Он сам не знал, чего хотел от парня, учитывая, что отношения он строить попросту не способен после всего, что пережил в Жуфэн. Травматический опыт прошлого наложил на его жизнь такой глубокий отпечаток, что всякий раз, когда он даже просто допускал, что кто-то к нему может прикоснуться, его охватывал едва ли не панический приступ. Сердце начинало колотиться словно безумное, спину прошибал ледяной пот. Его трусило в лихорадке. От одной лишь мысли.