Книга Лучший друг моего парня 2, страница 128 – Мария Манич

На губах все еще играет вкус Ангелины. Алкоголь его не глушит. Усиливает в разы. А когда я прикрываю глаза, то вижу ее под собой. Голую. С растрепанными на подушке волосами, прикрытыми глазами и мелко трепещущими ресницами. Она комкает в кулаке простынь, дрожит и часто дышит, громко кончает с моим именем на губах. Райская музыка. Моя собственная агония.

Пах наливается тяжестью. Тело просит дать ему элементарную разрядку. И хер объяснишь, что вдруг стал моногамистом.

— Может, позже, — киваю брату.

Марк внимательно вглядывается в мое лицо, открыто выдерживаю его взгляд, стараясь придать своему выражению больше похуизма.

Последнее время у меня с этим проблемы.

— Черновы приехали. Пиранья нарисовала нам картину. Симпатично. Думаю повесить ее над плазмой.

— Супер.

Здесь можно заказать стрипиз и уединиться, наслаждаясь женскими прелестями, за доплату еще и отсосут до искр из глаз. Вместо этого я гипнотизирую бутылку алкоголя и пытаюсь привыкнуть к новой реальности, в которую меня, как в водоворот, затягивает благодаря НеАнгелу.

Отношения всегда для меня были не больше чем утопией. Но совсем недавно я понял, что хочу трахаться только с одной определенной девушкой, вечно попадающей в неприятности.

Это для меня проблема. В мой жизненный устой не входили чувства. Они все усложняют. И делают все в разы ярче. Как счастье, так и боль.

Марк чуть не лишился ног из-за чувств к Еве.

Отец всю жизнь изменял матери в браке, а когда это вскрылось, она с трудом смогла это пережить. И чуть не лишила себя жизни. Сложно не осознать измену, а понять, что вся твоя жизнь была ложью.

Примерно тогда я понял, что на хер мне не сдались никакие чувства. Никакой любви. Голый животный секс. Да… Он отлично заменял все остальное. Пока не стало тупо скучно механически трахаться.

Огненный напиток жжет горло и пищевод. На мгновение отвлекая от распирающего давления под ребрами. Сколько бы ни заливал в себя алкоголь, а фантомная и удушающая боль в теле никуда не девается.

Она давно со мной.

Примерно с того момента, когда я понял, что не смогу дать Ангелине то что она так усиленно от меня требует и, главное, заслуживает. Три слова, десять букв. Несложно. Можно даже соврать. Но ни хера не получается. Слова стрянут в горле, царапая и раздирая его изнутри.

Я могу дать ей другое. То, что она заслуживает не меньше, чем гребаные скоротечные чувства. Например, свободу. Я могу ее отпустить и дать ей все, что для этого нужно. Связи, деньги. Но не могу заставить себя сделать последний шаг и оборвать ту нить, которая за этот год успела нас крепко связать друг с другом. Похлеще винтового крученого каната.

Казалось бы… обычная девчонка, каких уже были сотни. Наличием вагины между ног и отличных сисек меня давно не удивить. Да и зацепила Ангелина не этим. В память с первой встречи в клубе врезались ее ясные глаза, полные страха. Тряслась, покрываясь мурашками, и храбрилась, пытаясь не выдать этого, прятала страх за острым как бритва языком. На ней была маска и какое-то платье, похожее на черные ажурные занавески. Весь год меня преследовал ее нечеткий образ. Она исчезла слишком быстро, а у меня не было времени заниматься ее поисками, потому что мой брат вляпался в неприятности, пока я от скуки сливал деньги в секс на одну ночь.