Книга Прости за мою любовь, страница 46 – Мария Манич

— Ты все еще в больнице? Может, нужно чего? – говорит Кирилл. – Ты только скажи, я завезу.

— Не… не-е-ет. Меня только что отпустили домой, – и я уже жалею об этом, – вот подъезжаем. Меня мама забрала.

— И мама предупреждает: кто бы это ни был, кладите трубку. Ей нельзя пользовать телефоном! Пара дней покоя. Дашка моя никуда не денется. Потом звоните, сколько хотите, все потом.

Мама так громко вклинивается в наш разговор, что я подпрыгиваю и в ужасе округляю глаза.

Ну, ма-а-ам. Стыдно – капец.

Кирилл тихо смеется в трубку, пока я сгораю со стыда. По лицу ползет жар, окрашивая меня в красные пятна. Как хорошо, что он меня не видит. Почему, когда дело касается Кирилла, со мной происходит что-нибудь такое!

— Я потом тебе наберу, Даш. Выздоравливай.

— Ага. Пока.

Выключаю телефон. Сижу, некоторое время смотрю на потухший экран и смакую в голове его последние слова. Он опять обещал позвонить. И я опять буду ждать.

— Кто это был? – интересуется мама, поддерживая меня под локоть, ведет к подъезду.

Не то чтобы я такая слабая, но в обморок все равно упасть не хочется. Меня все еще слегка мутит, хочется спать, а на губах играет самая идиотская улыбка. Я совершенно не могу ее скрыть.

— Антон, – не моргнув глазом вру.

— Ну да, конечно. Думаешь, я не различу, когда ты говоришь с Зеленским, а когда с Морозовым?

— Мам, не начинай.

Морщу нос, и совсем не от запахов, наполняющих наш лифт, а они всегда не очень приятно щекочут ноздри.

— Он сам позвонил. Не порть мне настроение. Я сейчас такая счастливая.

— Это просто звонок, милая. Не придумывай себе лишнего.

Дома падаю на кровать, разглядывая идеально белый потолок над головой. Телефона меня насильно лишили, а так бы я легла с ним спать в ожидании хотя бы еще одной смс от Кирилла. Мама права. Не стоит придумывать то, что, скорее всего, никогда не произойдет. За долгие годы я научилась не питать ложных иллюзий и осаживать свои самые смелые мечты. Но почему-то именно сегодня хочется отказать себе в этом правиле и провалиться в них с головой.

Неделю я веду довольно вялый образ жизнь. Много сплю, ем, лежу на кровати. Общаюсь с мамой, когда уже чувствую себя почти нормально, но мне все еще не разрешено пользоваться ни компьютером, ни телефоном, но уже несложно передвигаться по дому в вертикальном положении. Мы начинаем разбирать имущество, которое хранится в шкафах. Тогда я понимаю: переезд неизбежен. Несмотря на то, что не хожу сейчас на немецкий, не занимаюсь по скайпу английским, мы все равно переедем в Германию. Мама уволится с работы, я брошу университет, мы разберем шкафы и законсервируем квартиру на неопределенный срок. Уедем. Не в соседний город, не в деревню, где когда-то жили мои бабушка и дедушка, и не в отпуск, из которого обязательно вернешься через неделю-другую. Мы уедем с мыслью о том, что, возможно, не вернемся в этот дом никогда.

От этих мыслей мне не по себе. Внутренний голос кричит, что нужно оставаться, только я не понимаю зачем. Если здраво посмотреть на ситуацию со стороны, то меня здесь ничего не держит. Переезд – отличный шанс начать новую жизнь, в новой стране, с новыми людьми. Где никто не знает меня, где никого не знаю я. Судьба предоставляет чистый белый лист, где только мне решать, что захочу туда вписать.