Книга Случайный ребенок босса, страница 104 – Мария Манич

— Левский, – рычу, оттягивая ворот рубашки. – Я ведь могу её уволить и тебя по миру пустить. Наплевав на твой процент акций в компании. Ты устав компании читал? Корпоративную этику никто не отменял. Она тебе надоест через два месяца. И куда её?

Мой коммерческий директор флегматично пожимает плечами, остановившись у стола с бутылками минералки. Словно его этот вопрос совершенно не касается.

— Тогда и уволим. Ты для этого меня искал? Чтоб нотации почитать, как мамка?

— Нет, не для этого. Египет ответил по контракту?

— Нет. И сроки все похерили, – раздраженно бросает Левский и, открыв воду, жадно припадает к горлышку бутылки.

— Пиши им, что в таком случае мы аннулируем наше предложение.

Илья медленно опускает руку с водой и, вытаращив глаза, в неверии смотрит на меня.

— Полянский, ты рехнулся? – произносит, обретя наконец дар речи.

Наоборот. Абсолютно вменяем и как никогда знаю, что нужно делать и как действовать. Всё Левскому я вываливать не собираюсь, в рукаве всегда нужно иметь пару козырей на случай подставы. Однако в общие черты его посвятить нужно. Он одно из главных действующих лиц в нашей новой игре.

— Делай, что я говорю. Они хотят сбить цену. Этого не будет. Мы пойдём другим путём.

— Ко дну! Мы пойдем ко дну, Богдан!

— Нет, – улыбаюсь.

Складываю ладони домиком и смотрю поверх них на Левского. Тот перемещается по кабинету словно метеор, ещё немного, и начнет рвать на себе волосы. Если мы потеряем первого такого крупного клиента, то Саудовская Аравия для нас тоже будет закрыта. Мы отрежем себе выход на эту географическую часть рынка. Что ж, я хочу рискнуть.

Я много чем рискую, озвучивая ему сейчас эту схему. Подставляю под удар весь наш основной капитал, производство, акции, которые мы собирались выбросить на биржу после слияния.

Всё это терпело до марта. До брака со Шпак. Юристы пока готовили бумаги, финансисты сверяли каждую копейку у нас на счету. Зарегистрировать процедуру брака не так сложно, а с деньгами в нашем государстве можно обойти некоторую бюрократическую волокиту. Только если от всего этого сейчас отказаться, я могу вырыть могилу не только себе, но и закопать многолетний семейный бизнес. Или нет?

Ради акций всё с самого начала и затевалось. И для ухода от уплаты налогов, конечно же. И мне, и Илоне это было выгодно обоюдно, всё казалось логичным и даже правильным. Всё, пока в дело не вступили чувства, начавшие прорастать внутри меня, как трава сквозь асфальт. Долго и с боем.

“Полян-групп” нужна публичность, которую может дать биржа. Инвесторы, кредиторы, банки. “Шпак. Инновационный центр” тоже в этом заинтересован. Только теперь я планирую провернуть это всё один и пойти иным путём.

— Что ты там ещё придумал в том Мухосранске? Кто тебе мозги промыл, Богдан? – бушует Левский, чем несказанно меня веселит. – Мы выходили на этот контракт год! Я так просто отказываться от него не собираюсь! Это отлично укрепит наши позиции на рынке перед слиянием. Все поймут, что мы надежно и крепко стоим на ногах. И надерем всем задницу.

Пока Илья продолжает психовать и сыпать гневными и бестолковыми тирадами, набираю сообщение Илоне. После разговора со своим финансовым директором и юристом я планирую встретиться с ней. Расстаться хочется как можно более мирно. Я заинтересован в нескольких разработках “Шпак. Инвестиционный центр”. Но если нет… настаивать не буду.