Книга Притяжение, страница 49 – Мария Летова

— Че ты так морозишься? — показательно негодует. — Да там царапина была полпальца! Че ты взъелась, фигня же.

Игнорируя это сильное преуменьшение повреждений, говорю:

— И тем не менее, я просила тебя быть осторожным. У тебя хоть какая-то ответственность должна быть?

— Да это вообще не моя вина! Случайность. Что мне теперь, всю жизнь расплачиваться? Ну, я извиняюсь, не хотел!

— Отличные извинения, — бормочу себе под нос.

— Ну дай прокатиться. Я вечером пригоню назад. Это же пушка, я в такой тачке даже не сидел никогда.

Делаю глубокий вдох носом, глядя на машину, которая еще ни разу даже мойку не посещала.

Дороги в городе привели в относительный порядок. В сравнении с тем, что творилось на них вчера, ситуацию можно назвать не такой смертельной. Двор моего дома вычищен подчистую, техника прямо сейчас вывозит за ворота снег.

Я колеблюсь, сжимая в кармане брелок. Чувствуя мою слабину, Степа давит:

— Блин, ну пожалуйста. Я же ее не подарить прошу.

Его водительским правам всего год, но катался на машине отца мой племянник с пеленок. Даже не имея прав, разъезжал по поселку в домашних тапочках.

— Куда ты поедешь? — спрашиваю, переводя на него глаза.

— Да никуда. По городу покуражусь и все, — указывает рукой куда-то мне за спину.

Бросив взгляд на “Мерседес”, я сомневаюсь еще пару секунд. Сердце сжимается в каком-то надуманном волнении, но я гоню его прочь. Я ненавижу себя накручивать. Это изнашивает нервы, а они у меня и так ни к черту.

— Оставишь ключи у охраны, — киваю на вход в свой подъезд. — Меня вечером не будет. Никаких штрафов. Никаких превышений скорости… — предупреждаю вкрадчиво.

— Ю-ху! — Степа радуется, как ребенок.

Улыбается, и на его щеках появляются ямочки.

Отдаю ему ключи, он вручает мне букет. Минуту спустя смотрю вслед своей машине, теребя пуговицу куртки. Машина покидает двор через открывшиеся створки кованых ворот, и я разворачиваюсь к подъездной двери не раньше, чем задний бампер скрывается за поворотом дороги.

Три часа спустя, сидя на заднем сидении такси, я в третий раз перечитываю пришедшее в обед сообщение и кусаю изнутри щеку, ведь в каждом слове нахожу его…

“Буду в городе в районе девяти, если что-то изменится, напишу. Если захочешь что-то заказать в ресторане, пусть запишут на счет номера. До вечера.”

Разумеется, на счет номера. Мой инопланетянин не страдает жадностью. Я могу это утверждать, хоть и знакома с его отношением к деньгам очень поверхностно.

Закрыв глаза, откидываю голову назад, чувствуя небольшой дискомфорт от того, что под платьем на мне чулки и маленькие стринги, то есть практически голая задница, и в непрогретом салоне такси это ощущается очень даже.

Я не знаю, куда Кирилл отправился, наверное, мне лучше ничего не знать. Может быть, говоря “дела” он имеет в виду свою жену? Эти мысли крутятся в голове весь день и портят мне настроение, но не меняют того факта, что я хочу его увидеть… очень сильно…

“Тебе не кажется, что нам хватит играть в случайности?” — раздается в голове низкий чувственный голос. — “Дай мне свой номер, обмениваться сообщениями очень удобно. Удобнее, чем письмами.”

Воспоминания омывают низ живота, заставляя поджиматься на ногах пальцы.

Голый Кирилл Мельник — это образец полной раскрепощенности и уверенности в себе. Уверенности в том, как и что ему нравится. В том, что он, черт возьми, неотразим с зажатой в кулаке эрекцией и напряженными мышцами тела. Его пах покрыт короткими мягкими волосками, как и низ живота. Я не узнала, какая на вкус его сперма только потому, что успела прикрыть рот, ведь он кончил мне на лицо без почтового уведомления.