Книга Жесткий рок, страница 58 – Мария Летова

— Бывает… – это ответ на мой вопрос.

Бывает…

Развернувшись, и смотрю на Веру так, чтобы ей стало понятно – я вижу ее насквозь. Она не отводит глаз, отчего я заключаю – она не такая уж пушистая Снежинка или же она вышла на тропу войны, потому что ее чувства к Антону очевидны.

— Он спит в комнате, – говорю, разводя руками. – Можешь со спокойной душой ехать к себе домой.

— Да я, вообще-то, живу в соседнем доме.

Отлично. Просто прекрасно.

— Ну, тогда можешь спокойно идти домой.

— Я не знала, что ты живешь здесь, – вдруг говорит она.

— Ну, теперь знаешь, – отвечаю я.

Выбора у нее нет, поэтому она повторяет проделанные ранее процедуры, только в обратном порядке: обувается и надевает пальто. Когда закрывается входная дверь, я падаю на диван и закрываю лицо руками. На часах четыре утра, и нет ни единого шанса на то, что мне удастся уснуть. Принимаю горизонтальное положение и смотрю в темный потолок, подтянув к себе Палкашу. Он тёплый и приятный на ощупь. Его присутствие настолько успокаивает меня, что я проваливаюсь в тревожный сон и резко вскакиваю, когда слышу стук бьющегося о кафельный пол стекла.

— Бл*ть! – раздраженно восклицает Наумов и, привлечённый движением, вскидывает на меня глаза.

Я немного дезориентирована спросонья, поэтому просто стою и смотрю. Бес же, напротив, возвращается к прерванному занятию, потеряв ко мне интерес. Сегодня он решил выпить кофе в боксерах и только. Интересно, как бы это выглядело, если бы поутру его на диване ждала не я, а Вера?

Бросив быстрый взгляд в зеркало, морщусь. Платье съехало, на голове воронье гнездо. Вернув перекошенный вырез на место, говорю:

— Доброе утро.

В ответ получаю тишину.

Во мне бурлит столько эмоций, что не знаю, какую первой выплеснуть. Злость, обида, непонимание, подозрения? Вскидываю подбородок и цежу:

— Ты что, оглох, Наумов?

Он спокойно разворачивается и посылает мне свой фирменный флегматичный взгляд. Я не умею вести себя как бревно, я вся просто вибрирую от потребности устроить скандал.

— Может объяснишь свое поведение? – спрашиваю его.

Палкаша спрыгивает с дивана и трется о мои ноги. Мой любимый.

Антон молчит, словно раздумывает, стоит ли вообще со мной разговаривать. Видимо, я не такое уж пустое место, потому что он опускается до объяснений.

— Я слышал, ты вчера неплохо проводила время, – не менее флегматично заявляет он.

Хмурюсь. Что это еще должно значить?

— Поясни, – бросаю я, замерев, как фреска рядом с диваном.

— Слышал, ты нашла себе нового знакомого в туалете. Туалеты, это твоя фишка, да? – спрашивает он, опираясь своими бицепсами на стойку, в то время как я прихожу в полное замешательство.

— Что за хе*ню ты несешь? – не сдержав изумления, спрашиваю его.

— А что, не было такого? – интересуется он, взяв из корзинки зеленое яблоко.

Напрягаю работу всех своих мозговых клеток, рассматривая его небритое лицо.

— Ты про того парня с ирокезом? – пораженная, ахаю я.

Бес лишь надкусывает яблоко и смачно жует, игнорируя мой вопрос.

— Наумов, ты в своем уме? – вопрошаю я. – Я даже имени его не знаю!

— Хочешь, дам телефончик? Мы знакомы.

Я так поражена, что лишь открываю и закрываю рот.

— Ты это сейчас серьезно? – охрипшим голосом спрашиваю я. – Если это такая шутка тупая…

— Это не шутка. У меня скоро поезд, собирай вещи.