Онлайн книга «Больно только в первый раз»
|
Обведя взглядом зал ресторана, Полина врезается своими глазами в мои и спрашивает: — Ты меня бросаешь? — По-моему, в нашем случае это не совсем то… Полина смеется, запрокинув голову. В ее глазах и правда слезы, когда она снова на меня смотрит. — Но… это то, что ты делаешь? — спрашивает Полина с вызовом. — Ты… больше не хочешь видеться? Пфф-ф… — Полина… Она срывается со стула, веселье с ее лица испаряется. Я успеваю напрячь тело — отреагировать на то, что она садится ко мне на колени. Успеваю обхватить в автопилоте ее талию и чуть запрокинуть голову. Полина целует. Сначала горячо, потом зло, потом нежно. Кусает мой подбородок. Губы мои кусает. В ее случае тумблер переключается в неуправляемом режиме, а свой я все еще держу под контролем. Тело все равно реагирует. Хоть башкой о стену бейся. — Я соскучилась… — шепчет Полина мне в губы. — Я хотела приехать еще вчера. Хотела сбежать оттуда. К тебе. Пожалуйста… Расул… давай попробуем… я не знаю… встречаться? — Полина… я не могу… — Пожалуйста! Ее губы гуляют по моей шее. Укус. Нежное касание. Руки в волосах. Я стискиваю ладонями ее талию. Я буду твердый, если она продолжит. Она смотрит в мое лицо. Взгляд — как молния. Разряд, считай, настоящий, мышцы колом становятся. — Я... не могу, — проговариваю я. Полина дрожит. И понимает, что у меня активность на уровне бревна. Ее с моих колен словно сдувает ветром. Она быстро стирает со щек слезы и забирает с вешалки у окна шубу. Я наблюдаю за ней, боясь раскрошить зубы, которые сжал до одурения. Резко повернув голову, мое алиби смотрит на меня исподлобья. Смеется сквозь слезы и произносит: — Ну, пока? Она исчезает из-за столика, прихватив свой чемодан. Ее цветы остались в вазе на столе, она не захотела оставлять их в холодной машине. Я смотрю в пространство, дожидаясь, пока в носу станет поменьше нежного запаха. Запрокинув голову, зажимаю пальцами переносицу и бормочу: — Блядь… Глава 32 Расул Неделю спустя — Твой адвокат не звонил? — Нет… — отвечаю я, наблюдая за тем, как дворники гоняют по лобовому стеклу крупные хлопья снега. Через неделю Новый год, и в прогнозе на тридцать первое — оттепель. Динара кутается в капюшон шубы на пассажирском. Демонстративно кутается, по факту машина прогрелась задолго до того, как Динара в нее села. Я забрал ее из торгового центра, она покупала подарки своей родне. И нет. Мой адвокат не звонил. Я нанял его вчера, чтобы помог разобраться с подпиской о невыезде, прежде всего. Да и с моим положением в целом. Минниханов сейчас в Дагестане, и, по информации из разных источников, его положение подвешено в воздухе гораздо хуже моего. Карточный домик у него сыпется. Не знаю, сколько палок в колеса поставили ему конкретно мы с Денисом, но выяснять это сейчас мне ни хера не интересно. Я хочу скинуть с себя это дело. Теперь, когда вопрос остался за формальностями и бюрократией, терпение особенно подводит. Накаляет еще и то, что в один момент стало очень много моего «будущего». Оно теперь на повестке. Постоянно. Большой поток обстоятельств, который тянет меня вперед, в будущее. Самое главное из них, конечно, сидит рядом. — Ты правда этого не делал? — обращается ко мне Динара. — Ты его не бил? — Ты уже спрашивала. — Ну и что, — режет она. — Хочу еще раз спросить. Дома все думают, что ты его побил. Я твои интересы отстаиваю. До хрипоты всем доказываю, что ты этого не делал. Что ты не такой дурак. Хотя… если ты из-за меня такую глупость и сделал… — продолжает она, — мне все равно. Я в любом случае буду на твоей стороне… |