Книга Будь моей, страница 7 – Мария Летова, Мария Манич

— Что нового? – спрашивает подруга, когда я усаживаюсь перед зеркалом, чтобы сделать себе быстрый макияж.

Софи прыгает на кровати, под грохот из музыкальной колонки.

Крис пьет кофе, присев на крышку пианино, которое в моем доме давно заросло пылью и превратилось в склад нашего с дочерью хлама. Ей пора знакомиться с клавишами, но я… оттягиваю этот день уже несколько недель. Не потому что ленюсь разбирать бардак, которым завален инструмент, а потому что… я… просто не могу…

Глядя на Кристину через зеркало, я не могу вот так с разбегу сказать то, что должна. Поделиться с ней своими новостями. Слова стрянут у меня в горле как заколдованные.

Рисую стрелку на веке, но из-за волнения она выходит как попало. Стираю, бросив карандаш на стол.

— Градский в Москве, – говорю быстро.

Крис давится кофе, расплескав немного на блузку.

— Че-е-ерт! – рычит, вытирая ладонью коричневые пятна. – Надолго?

— Он не сказал.

— Вы виделись?!

Подняв на нее лицо, я медленно киваю, опять вспоминая встречу, после которой почти не спала.

— Неспециально. Он приехал не ко мне, – выплескиваю из себя смешок.

— Зачем вообще притащился? – шикает Крис.

— Мне все равно…

— Может… – Она кусает губы. – Может, нам уехать в отпуск? Ты, я и София. Мы пять лет вместе не отдыхали, выходные у вас на даче не в счет…

— Ты предлагаешь мне сбежать? – Мы переглядываемся.

— Может быть, – тихо говорит она. – Я переживаю. Я видела, помню, что было с тобой после катка по имени Градский. Такое не забывается.

— Такого больше не будет. Я тебе обещаю, – произношу, отворачиваясь к зеркалу. – По-моему, мои родители еще не пришли в себя после нашей последней поездки.

Мы смотрим друг на друга, и Крис первая прыскает от смеха.

— Наверняка, – кивает она. – Они ждали с турецкого курорта сувенир, а ты привезла ребенка. Такое тоже не забывается.

— О да… – Встаю, собираясь одеться.

Я выбираю бежевое платье со строгой юбкой по фигуре до колена. И туфли-лодочки, в которых была позавчера в баре.

Я помню все. Даже белье, которое было на мне в том чертовом баре. А еще я помню каждую секунду нашего разговора, каждый взгляд, которым мы обменялись, и хочу распять себя за это.

Пока я еду в офис, мое настроение портится. Пляшет. Скачет оттого, что в груди поселилось тревожное беспокойство. Оно выбивает меня из колеи. Переворачивает с ног на голову привычные вещи.

За рулем машины я остаюсь наедине с собой и могу себе не врать. Мне не все равно. Появление Градского растревожило темные закоулки моей души, к которым давно никто не притрагивался, даже я сама.

Я хочу, чтобы он поскорее убрался из города и из страны.

Чтобы наши с ним судьбы опять стали параллельными прямыми без точек соприкосновения.

У меня все отлично.

Я ничего не хочу менять!

Моя жизнь отлаженная, выстроенная правильно. У меня все отлично. Все так, как мне нужно. У меня есть работа, мужчина, с которым мне чертовски комфортно, и чудесная дочь. Мой собственный центр вселенной.

Вхожу в офис Андрея, чуть опаздывая, поэтому мне приходится ускорить шаг.

Каблуки бодро стучат по начищенному до блеска мрамору вестибюля, к груди я прижимаю рабочий планшет и телефон.

Брат торопился на какую-то встречу, и из его слов я толком не поняла, что ему от меня понадобилось. Он просил приехать к десяти, но внутри малого кольца пробки, а я не особо искусный водитель. Я всего полгода за рулем, даже навигатор не спасает мою маневренность.