Книга Ты моя судьба, страница 18 – Ронни Траумер

Когда на одном из осмотров врач сказал мне, что у нас будет девочка, я не сдержала слёз. Это была смесь радости, облегчения, чего-то нового, что я ещё не могла осознать до конца. Девочка… маленькая жизнь, которая станет частью меня, которую я смогу любить без страха.

— Как ты её назовёшь? — спросила врач, глядя на меня с улыбкой.

Я не знала, потому что ещё не думала об этом.

В тот же вечер, когда я, всё ещё потрясённая, вернулась домой, он встретил меня в своём кабинете. Я вошла, сжимая пальцами ткань платья, сердце всё ещё билось быстрее обычного.

— Это девочка, — выдохнула я, глядя на него.

Он поднял на меня взгляд, в его глазах отразилось что-то похожее на одобрение.

— Её будут звать Дамира, — спокойно произнёс он, словно этот вопрос даже не подлежал обсуждению.

Я замерла. Имя… Я даже не задумывалась об этом.

— Почему Дамира? — прошептала я.

Он не сразу ответил. Его пальцы постукивали по деревянной поверхности стола, и лишь через несколько секунд он произнёс:

— Потому что она должна быть сильной.

Эти слова застряли во мне. Сильной. Да, моя дочь должна быть сильной. Как бы ни сложилась её жизнь, я не позволю ей пройти через то, через что прошла я.

Я кивнула, принимая это имя так же, как и всё, что случилось в моей жизни.

А когда она родилась, всё изменилось окончательно.

Я не помнила боли, не помнила страха, когда впервые услышала её крик. В тот момент всё исчезло — осталась только она. Маленькая, крохотная, с розовыми щёчками и удивительно серьёзным выражением лица. Она была моей. Моей дочерью.

Я держала её на руках и не могла поверить, что эта маленькая жизнь появилась из меня, что теперь у меня есть кто-то, кого я буду любить больше всего на свете.

Тимур был там. Он стоял в стороне, наблюдая. Он не говорил лишних слов, не показывал эмоций, но я видела, как он смотрел на неё. В его взгляде было нечто, что я не могла разобрать.

Когда спустя несколько часов он сел рядом со мной и посмотрел на малышку, я спросила:

— Ты счастлив?

Он не ответил сразу. Посмотрел на меня, затем снова на дочь, а потом едва заметно кивнул. Я знала, что он не покажет свои эмоции, но надеялась что теперь у нас обоих был смысл.

Я знала, что у Тимура есть сын. Давид появился в этом доме всего пару раз за то время, что я здесь жила, но наши встречи всегда были короткими. Он не проявлял ко мне никакого интереса, а я не знала, как себя вести рядом с ним. Это был взрослый восемнадцатилетний парень, от которого веяло отстранённостью, но в его взгляде читался разум и характер Тимура.

И вот, несколько месяцев спустя после рождения Дамиры, он снова приехал.

Когда я услышала мужской голос в холле, сердце сжалось, потому как знала, кто это. Давид приехал ненадолго, как всегда, и когда он вошёл в гостиную, где я находилась с дочерью, почувствовала, как воздух в комнате стал холоднее. Высокий, статный, с тяжёлым взглядом, он смотрел на меня не как на мать своей сестры, не как на женщину, живущую в этом доме, а как на чужую. В его глазах было презрение. Он не сказал ни слова, просто молча окинул меня взглядом, от которого мне захотелось спрятаться.

Но когда он увидел малышку, всё изменилось.

Дамира лежала в своей колыбели, беззаботно изучая игрушку в своих маленьких пальчиках. Давид подошёл ближе, и в его взгляде что-то дрогнуло. Он наклонился, осторожно коснулся её руки, и малышка, чувствуя тепло, слабо сжала его палец.