Книга Временные трудности 3, страница 25 – Максим Томилко

— Ну, за вами никто сейчас не поехал, да и у гостиницы не пасли.

— Как ты нас нашёл?

— Так, я трекер в салон переложил, чтобы не отвалился на здешних ухабах. А планшетку их я ещё тогда прихватил…

— А ларчик просто открывался! Что делаем? Ты насчёт расщелины той не передумал?

Телефон Егора завибрировал, и Юрий Андреевич промолчал. Номер был скрыт. Егор, секунду помедлив, ответил:

— Да. Кто это?

Он тут же включил громкую связь, и из динамика раздался странный механический голос, без всякого сомнения, искажённый какой-то специальной программой.

— Включили, Егор Николаевич? Очень хочется, чтоб и остальные меня тоже услышали.

— Кто вы? Я сейчас положу трубку, — пригрозил Егор.

— Не советую. Иначе ваша судьба может измениться далеко не в лучшую сторону.

— Ой, да не надо меня пугать…

— Даже не пытаюсь. Наоборот — предлагаю вам помощь в трудной ситуации.

— Вы считаете, что я в ней нуждаюсь?

— Без сомнения. Я полностью осведомлён о вашем, прямо скажем, незавидном положении…

— Почему тогда я не осведомлён? — перебил собеседника Егор. — Может, просветите?

— Конечно. Именно за этим и звоню: предупредить и протянуть руку помощи.

— Я весь внимание! — Егор постарался вложить в слова максимум сарказма.

— Юрий Андреевич так же внимателен?

— Мы слушаем — говорите, — тут же отозвался Клочков на удивление спокойным голосом.

— Хорошо. Мне известно о том, как вы, Егор Николаевич, пару недель назад не смогли догнать господина Клочкова, невзирая на его почтенный возраст. Мне также известно о том, что послужило причиной недавнего взрыва в одном уютном отеле неподалёку. Надо сказать, что вам повезло тогда, в отличие от этих незадачливых угонщиков. Кстати говоря, мои поздравления, Юрий Андреевич, вы прекрасный стрелок. Я, признаться, такого ещё не встречал: из чужого, незнакомого «Макарыча» с тридцати метров, четыре выстрела — и все точно в голову. Даже контроль не понадобился. Я восхищён!

— Приберегите дифирамбы для других, уважаемый. Давай ближе к сути, — Юрий Андреевич почесал щеку, ловко извлёк из кармана папиросу, прикурил, но потом, обернувшись на Лену, выбросил её в открытое окно.

— Конечно, конечно… Время — деньги, как говорится. Ну так вот: я готов приложить максимум усилий, чтобы все эти обстоятельства никогда ни стали достоянием широкой общественности, а следствие пошло в несколько ином направлении.

— Да оставьте вы своё словоблудие — сколько?

— Как скажете. Пять миллионов евро.

— Даже большим ртом надо откусывать понемногу, а иначе подавишься, — назидательно произнёс Клочков, но их собеседник лишь коротко хохотнул.

— Отлично сказано — надо запомнить. А что касается суммы, так я неплохо осведомлен о вашей бурной биографии, да и состоянию дел полковника Иванова можно только позавидовать… Так что не стоит торговаться — вам до паперти ещё далеко.

— Нам нужно подумать, обсудить…

— Конечно. Надеюсь, пяти минут вам хватит, хотя я, честно говоря, не представляю, о чём тут можно думать и что обсуждать. Мы, коммунисты, Елена Петровна, должны помогать друг другу — правильно?

Раздались короткие гудки отбоя.

— Это Ярцев — сука! — тут же догадался Егор.

— Да похер, — привычно бросил Клочков, копаясь в недрах своего рюкзака. — Держите.

Он протянул изогнутый защитного цвета армейский котелок с крышкой.