Онлайн книга «Временные трудности 2»
|
Егор повернулся в сторону общей клетки, где ехало человек двадцать и принялся наблюдать за ними. Что удивительно, все они, встретившись с ним взглядом, спешили отвести глаза и лишь один пожилой худой зэк в рваном грязном ватнике, задержав взгляд несколько дольше остальных, сделал какой-то непонятный жест рукой и только потом отвернулся. Какой-то сигнал? Или просто нервное? Тут, явно, было что-то не то. С чего это они начали его избегать. Егор прямо физически ощутил, что он оказался в каком-то вакууме. Он закрыл глаза. От спертого затхлого воздуха и вони множества давно немытых тел разболелась голова. Начало подташнивать. Он сделал несколько глубоких вдохов-выдохов. Вроде бы полегчало. — Наверное легкое сотрясение, — подумал Егор, вспомнив мощный удар пудового кулака. И ему почему-то сразу же стало ужасно стыдно. Стыдно за то, что он, заметив, как отключился этот здоровяк, не отпустил его сразу же и не привёл в чувство. И то, что он не собирался его убивать служило очень слабым утешением. — Скорее всего первый удар в горло что-то там повредил, а удушение ещё усугубило, — подумал Егор, — Эх, знать бы, что так случится… Была ведь ещё куча вариантов из того положения… И узел руки и рычаг на локоть… Лучше б он ему конечность сломал — и всё! Да что теперь об этом думать… Верхняя полка над ним скрипнула, и Егор открыл глаза: — Этот придурок зачем полез? Стадный инстинкт? Или тоже не смог удержаться от соблазна? Да если б у них получилось, то историю об этом этапе передавали бы из уст в уста. Еще бы! Егор тяжело вздохнул: — С глазом нехорошо получилось! Это ведь теперь до конца жизни… Там ведь тоже были другие варианты! Или не было? Успевал бы он тогда среагировать на новую угрозу? М-да, Юлина школа не прошла даром. Это ведь она с первого дня тренировок старательно избавляла его от всего спортивного наследия, делая упор на эффективность с наименьшими энергозатратами. Он-то и глаз этот выбил чисто автоматически… Да какой теперь смысл об этом думать? Сделанного не воротишь, а эти парни сами виноваты. И хватит об этом! Мерный перестук колёс клонил в сон. Егор зевнул, закрыл глаза и почувствовал, что засыпает. И тут же усилием воли подавил это желание и заставил себя сесть на нары. Он ведь не спал всю прошлую ночь, не желая терять последние часы своей жизни. Сколько всего он тогда вспомнил! Всю жизнь успел разобрать на отдельные фрагменты, поступки и решения. И что удивительно, он практически ни о чём не жалел. Было, конечно, огромное чувство вины перед Леной. — Её ведь тоже могут вслед за мной. А даже если нет, то как она сама с ребенком? Или не захочет теперь рожать? А ведь они даже не узнали пол ребёнка… Интересно конечно… Егор вспомнил рассказанную Леной историю про поход к гинекологу и улыбнулся. — Юля точно не даст ей сделать аборт. Да и без помощи не оставит… Хотя война кругом и останется ли она сама живой? Неизвестно… То, что для него этот приговор лишь отсрочка исполнения высшей меры, Егор почему-то уже не сомневался. — Сколько таких вот Егоров сгинуло в лагерях? Что там говорит Юлина статистика по этому поводу? Теперь, пожалуй, он никогда об этом не узнает… Или удастся сбежать? Юля вон два раза сбегала и оба раза удачно. Ну, почти удачно… А если он вот так же обморозится? Бред какой-то в голову лезет. Во-первых, он — далеко не Юля, и вряд ли сможет месяцами по тайге бегать, а во-вторых — про обморожение можно не переживать. До этого точно не дойдёт — его воры раньше прирежут. Может быть, даже этой ночью. Стоп. Так, может, это и есть причина тревожного звоночка в голове? Ведь нехорошее предчувствие появилось у него именно после возвращения из уборной. За время его отсутствия что-то произошло. Что? |