Книга Временные трудности 2, страница 38 – Максим Томилко

— Правда.

— А насчет героя Советского Союза?

— Тоже правда. Пойдемте, Лена, представлю вас начальству.

Лена ощутила легкий укол ревности. С Юлей Егор общался на «ты».

— Похоже, ты, девочка, втрескалась по уши, — сказал ей внутренний голос. И Лене возразить ему было нечего.

Максимов, к удивлению Егора, возился с какими-то бумагами за рабочим столом, а не медитировал по своему обыкновению в «любимом» кресле. Он недовольно отвлекся от своих бумаг и выслушав доклад Егора, кивнул им на стоящие у рабочего стола стулья. Но когда они уселись, он неожиданно улыбнулся и сказал:

— Я, майор государственной безопасности Максимов Андрей Степанович. Товарищ Суханова, хотел бы поздравить вас с благополучным разрешением вашего дела. Виновный взят под стражу. Что же касается вас, то специальным решением ваш приговор отменён. Вы полностью восстановлены в правах, но народным следователем вам поработать не удастся, как, впрочем, и военюристом. В переводе в военную прокуратуру отказано. Приказом наркома внутренних дел товарища Берии вам присвоено специальное звание сержант государственной безопасности. Вы зачислены в наш отдел. Поступаете в распоряжение лейтенанта государственной безопасности Иванова Егора Николаевича, — он положил перед ней несколько формуляров, — Заполните и подпишите. Это о неразглашении. Удостоверение и оружие — завтра. Сегодня можете получить довольствие и обмундирование. Я распоряжусь. У нас в отделе казарменное положение. Товарищ Иванов вас проводит. Если вопросов нет, то можете быть свободны.

Вопросов у Лены не оказалось. Выйдя из кабинета Максимова, она сказала:

— Фантастика какая-то! Мне до сих пор не верится. Я ещё вчера на нарах лежала, а сегодня сотрудник госбезопасности. Это всё вы, Егор, устроили?

— Нет, — серьёзно сказал Егор, — Вы же слышали — приказ наркома. А насчет нар, так любой из нас там вполне может завтра оказаться, так что особо не обольщайтесь на этот счет.

Лене опять показалось очень удивительным, такое его, не по годам рассудительное, высказывание. А поведение этой Юли вообще не укладывалось в привычные рамки. Эта парочка стоила друг друга. Между ними было много общего, но в тоже время они были такими разными и непохожими друг на друга. И самое главное, что-то неуловимо выделяло их среди сверстников. Но что именно, она пока не понимала. Будучи достаточно опытным следователем, она замечала эти мелкие на первый взгляд странности, но систематизировать и проанализировать информацию пока не удавалось.

— Здесь мы живем, — прервал Егор её размышления, — Это моя комната, Юля там дальше по коридору. Вот эти номера свободны — думаю можно выбрать любой.

Лена хотела выбрать соседний с Егором, но не решилась. Ей показалось это слишком откровенным намеком, и она выбрала комнату чуть дальше по коридору. Сама комната напомнила ей гостиничный номер, в котором они останавливались с мужем в Ленинграде, с той лишь разницей, что здесь всё сияло какой-то стерильной чистотой. Такая же мебель, занавески на окнах, и даже небольшой коврик на полу. После сырых и вонючих камер Новинской женской тюрьмы здесь было сухо, тепло и по-домашнему уютно.

— Лена, вы располагайтесь, обживайтесь, получайте что положено, а я в Бутырку. А вечером съездим за вашими вещами.