Книга Временные трудности 1, страница 93 – Максим Томилко

По шеренгам пробежал одобрительный гул. Кое-где раздались даже какие-то негромкие смешки.

Егор оценил эту речь на пять баллов. Даже с плюсом. Молодец, Юрий Андреевич! И ухажеров отвадил и веру в победу укрепил.

Юля перехватила профессора по пути в лазарет.

— Илья Сергеевич, Вам совсем необязательно бросать свои дела и участвовать в таких вот построениях.

— Товарищ старший лейтенант государственной безопасности, если уж Вы мобилизовали меня на старости лет, то я должен чувствовать себя полноправным членом отряда. Как иначе? Дисциплина должна быть во всем.

— Илья Сергеевич, если Вас мобилизовать, так это я должна буду Ваши приказы выполнять. Вам ведь дивврача присвоят не меньше, — улыбнулась Юля обаятельно.

— В 1916 году был произведен в чин Коллежский секретарь и награжден Крестом святого Георгия третьей степени и медалью «За усердие». Более никаких чинов и регалий удостоен не был.

Юля оглянулась по сторонам и, понизив голос, заговорщицким шепотом выдала страшную тайну:

— Скажу Вам по секрету, что в нашем ведомстве уже несколько лет разрабатывается проект реформы знаков различий для армии и флота. Будут возвращены погоны, а награды царской России разрешат носить совместно с советскими.

— Вы разыгрываете меня, Юлия Андреевна.

— Отнюдь, Илья Сергеевич, — уже обычным голосом сказала она, — Война изменила сроки введения, но к 43-му году планируем. Товарищ Сталин лично одобрил.

— М-да, — крякнул тот и сокрушенно помотал головой, — Чудны дела твои, Господи.

Юлю окликнул Егор и она, улыбнувшись, приложила палец к губам и ушла.

Группа была готова. Егор уже проверял амуницию и снаряжение. Никаких нареканий не было. Юля подозвала к себе Георга.

— А ты куда собрался?

— Как куда? С вами в разведку.

— Я, наверное, вчера кому-то другому говорила, чтоб с немцами занимался?

— Так я думал — это в свободное время…

— Отставить треп. Кругом. Шагом марш. И помни, что я тебе сказала.

Георг уныло зашагал прочь. Бойцы молча проводили его сочувствующими взглядами.

— Товарищ старший лейтенант государственной безопасности, группа в составе четырёх человек… — начал было докладывать Егор, но Юля прервала его взмахом руки.

— Вижу, что готовы. За мной. Вы, Иванов, замыкающий.

Аэродром расположился на огромной поляне, окруженной густым вековым лесом. С остальной цивилизацией его связывала грунтовая дорога, упиравшаяся в стандартный шлагбаум рядом с невысоким, приземистым строением КПП. Несколько рядов колючей проволоки с развешенными на ней пустыми консервными банками обозначали периметр. Четыре зенитных установки, состоящих из спаренных пулеметов, располагались на высоких деревянных башнях по углам этого периметра, и могли не только прикрыть аэродром от самолетов, но и также эффективно противостоять наземным атакам. Фонари освещали расчищенную от всякой растительности полосу земли метров в семь-восемь между лесом и ограждением. Взлетная полоса, как и большая часть строений аэродрома, оставалась неосвещенной. Очевидно, ночные полеты не проводились. Свет горел только в окнах длинного барака, служившего, наверное, казармой. Десяток часовых безостановочно наматывал километры, совершая обход территории. Лучи прожекторов с вышек сновали по лесным зарослям, кажется безо всякой системы.