Книга Временные трудности 1, страница 118 – Максим Томилко

Поток холодной воды воскресил его. Он замотал головой, приходя в себя, и услышал:

— Милый, ты очнулся? Не говори мне ничего, я вижу, что очнулся.

Окрестности Смоленска.

Наутро Юля не вышла из своей землянки. Егор прождал её целый час, а потом забеспокоился и зашел к ней. Она не спала, а просто лежала на кровати. В землянке было не продохнуть от табачного дыма и некурящего Егора чуть не стошнило. Он отдернул занавеску на двери в сторону, надеясь этим хоть немного очистить воздух. Она безучастно наблюдала за его манипуляциями. Егор достал из кармана небольшую бутылку спирта, поставил на стол и сказал:

— Вставай. Помянуть надо.

Разбитые губы опухли и плохо слушались. Да и недостаток зубов сильно влиял на дикцию. Но Юля поняла правильно. Она нехотя поднялась и, посмотрев на его бутылку, сказала:

— Верни профессору. Нечего добро переводить.

Потом полезла под свою лежанку и достала оттуда бутылку водки. Села за стол, ловко откупорила бутылку, плеснула в единственную кружку и пододвинула её Егору. Тот поднял её и молча выпил. Говорить ничего не хотелось. Она так же молча отхлебнула из горлышка пару глотков и поставила бутылку на стол. Воцарилось молчание.

В землянку вошел Иван Иванович и с порога обвел их своим неприятным взглядом. Потом прошел внутрь и уселся на лежанку Юли. Она молча налила в кружку и протянула ему. Тот принял кружку и, сказав традиционное «Пусть земля им будет пухом», выпил.

Опять помолчали. Юля равнодушно взглянула на Ивана Ивановича и сказала:

— Я вчера разговорила, одного деятеля. Короче, наша разведшкола находится в поселке Красный Бор. Это от того аэродрома километров десять по прямой. Немного не дошла наша разведка. Кстати, тот взвод, что Егор на ноль помножил, был из охраны этой самой школы. И вот ещё, там в машине есть документы кое-какие — нужно будет посмотреть на досуге, может, что интересное попадётся.

— Это всё очень хорошо, но нам нужно идти. Юлия Андреевна, назначьте нового командира отряда. Рекомендую старшину Сахно.

Егор вдруг подумал, что лейтенанту Волкову, наверное, никогда не грозит стать командиром отряда.

— Я не поеду в Москву, — спокойно сказала Юля.

Егор этому даже не удивился.

— Вы понимаете, что нарушаете приказ командования в боевой обстановке? — с явной угрозой в голосе спросил Иван Иванович, — И готовы к последствиям?

Она безразлично пожала плечами и ничего не ответила. Потом достала папиросу из лежащей на столе пачки, но, наткнувшись на взгляд Егора, сунула её обратно. Взяла со стола бутылку и молча сделала ещё пару глотков.

— Как представитель совета фронта, я приказываю вам подчиниться. У меня есть все полномочия расстрелять вас в случае неповиновения.

— Попробуйте, — так же бесстрастно сказала она.

Иван Иванович положил руку на свою кобуру, и ствол пистолета Егора уперся ему в голову.

— Круто солишь, начальник, как хавать будешь? — неожиданно для самого себя прошепелявил Егор.

Глаза Юли блеснули, и она с интересом посмотрела на Егора.

— Усмирите своего нукера, Клочкова! Или это всё очень плохо закончится.

— Не надо нас пугать, Иван Иванович, или как вас там по-настоящему… — она снова взглянула на Егора, и он убрал пистолет, — Ситуация патовая. Расстрелять нас вы не можете, ну, а мы вас убивать тоже не хотим. А то, ведь, знаете какие нелепые случаи бывают? И выпьет человек, вроде бы немного, так символически, друзей помянуть, а сядет оружие перед походом почистить — и вдруг выстрел! Непроизвольный, конечно. Все в шоке, а что поделаешь — судьба… В общем, я предлагаю вам компромисс. Вы умерите свой пыл и примете участие в разработке одной операции. Я б даже сказала, осуществите её руководство, при положительном результате, разумеется. В свою очередь я через пару-тройку дней поступаю в ваше полное распоряжение. А там хоть награждайте, хоть на березе вешайте — ваше право.