Книга Как стать папой за пять минут, страница 72 – Вероника Лесневская

Пампушка спокойно смотрит на дисплей, несколько заторможено и отстраненно. Никак не реагирует на скрипучие покрикивания свекрови, даже не вздрагивает, будто привыкла к такому обращению. Зато Лиза отрывается от груди, кривится, собирается заплакать. Встрепенувшись, Кира покачивает ее, пытаясь успокоить, а я аккуратно оставляю поднос на тумбочке и перехватываю телефон.

— Климентия Павловна, – осекаю ее словесный понос строгим тоном. – Это адвокат Киры Пампушиной, с этого момента будете общаться через меня. Будьте добры, воздержитесь от оскорблений и угроз в адрес моей клиентки, все это может быть использовано против вас в суде. Должен вас предупредить, наш разговор записывается, – блефую на полном серьезе и краем глаза замечаю, как улыбается Пампушка.

— Константин Юрьевич? – адская баба вводит меня в кратковременный ступор.

Черт! Официально делом Киры занимается Воскресенский, хотя документы мы собирали вместе, пока она была в роддоме. Все было готово – и сразу же после звонка, получив отмашку, он запустил бракоразводный процесс. Не подвел, хотя я в нем никогда не сомневался.

— Собственной персоной, – как можно наглее кидаю, чтобы соответствовать начальству.

— Мы же коллеги, – тянет заискивающе. – Неужели не сможем договориться?

— Разумеется, – намеренно ввожу ее в заблуждение, а потом жестко выпаливаю: – В рамках закона. Встретимся в суде.

— Хм, посмотрим, – надменно произносит прокурорская жена и бросает трубку.

Кира перекладывает Лизоньку в кроватку, включает музыкальную карусель, чтобы отвлечь ее, а сама поправляет сорочку и накидывает на себя халат. Кутается в мягкую махру, скрывая от меня все свои прелести. Не понимает, что так она еще красивее и уютнее. Скромность и загадка привлекают сильнее откровенности.

— Зря ты… – морщится, покосившись на потухший дисплей. – Адовы таких проблем вам с Константином могут подкинуть, мало не покажется.

— Отобьемся, – подмигиваю ей, устраиваясь рядом. – Мы тоже не лыком шиты, не волнуйся.

— Не могу поверить, что ты так рискуешь ради нас с дочкой, – шепчет с восхищением в глазах, словно она та самая юная Пампушка, которая видит во мне чуть ли не бога. – Зачем?

Ухмыльнувшись, подцепляю ее подбородок пальцами. Ласкаю взглядом изящные черты лица, останавливаюсь на губах. Сглатываю внезапно образовавшийся в горле ком.

— Мне кажется, я влюбился, – выдыхаю, повторяя ее же фразу. Мой ответ задержался на семь лет, словно шел Почтой России и заблудился по дороге. Но лучше поздно, чем никогда. Ведь так?

Кира замирает, превращаясь в ледяную фигуру. Пристально изучает меня, пытаясь проникнуть в мысли. Вижу, что она до сих пор хорошо помнит тот эпизод из прошлого, иначе бы не краснела так, не дышала часто и рвано, будто кислорода не хватает. И не задала бы мой вопрос:

— В кого?

— В вас, – отвечаю в точности, как она тогда. Только не из вежливости, а подразумевая их с малышкой.

Продолжаю реконструкцию событий. Действую дальше по ее же сценарию: подаюсь ближе и касаюсь теплых, сжатых губ своими. Отступать не собираюсь, да и Кира не отталкивает. Затаив дыхание, ждет, как далеко я зайду.

В ее реакции нет страха. Скорее, любопытство и предвкушение. Провожу языком по нижней губе, намекая, что пойду до конца. Обхватываю рукой затылок, зарываясь в мягкие волосы.