Книга Как стать папой за пять минут, страница 68 – Вероника Лесневская

* * *

Посреди ночи подрываюсь от внезапного детского плача, резко упираюсь локтем во что-то жаркое, твердое, случайно наваливаюсь всем телом – и слышу сдавленный хрип.

— Ох ты ж… кхм, – кашляет Петр, которому я сильно надавила в бок над пахом, корчится от неожиданной боли, но не ругается. – Ты меня жизненно важных органов лишишь, – еще и отшучивается, едва не сгибаясь пополам.

— Прости, – на автомате поглаживаю ушибленное место под прессом, подтягиваюсь и чмокаю пострадавшего мужчину в нос, как привыкла целовать Лизу.

Он часто моргает, смотрит на меня спросонья, недоуменно вздергивает брови.

— Что вообще происходит? – протирает глаза. Заразительно зевает, но очередной крик ребенка заставляет его захлопнуть рот.

— Лизонька сейчас весь дом поднимет, – испуганно озираюсь, будто с минуты на минуту к нам ворвется группа захвата в виде Славиных и выгонит в ночь на улицу за то, что мешаем им спать. Рывком подаюсь к кроватке. – Я… её… успокою. Тш-ш, – нервно покачиваю малышку, а она голосит еще громче.

— М, ну и правильно, – Петя неуклюже поворачивается, как большой медведь, вышедший из спячки, нехотя садится, откидываясь на спинку кровати. – Не фиг им отдыхать, если мы не спим, – почесывает затылок, приглаживает растрепанные волосы, опять зевает. – Как думаешь, чего лялька хочет?

Покосившись на него, изучаю усталое, помятое лицо, пытаюсь считать эмоции. Вроде бы он не злится. Даже не раздражен. Немного расфокусировано смотрит на вопящую в кроватке Лизу, легко улыбается.

— Не знаю. Кормление нескоро. Сейчас переодену и… – беру ее на руки, ощупывая полный подгузник.

Перекладываю крикливую и, судя по всему, брезгливую кроху на пеленальный столик. Благо, он стоит рядом. Шустро раздеваю ее, протираю ножки и влажную попку детскими салфетками. Тянусь к коробке за новым подгузником, но ловлю лишь воздух.

— Закончились, – удивленно выдыхаю. – Кажется, была еще одна упаковка в сумке, которую мы не успели разобрать. А сумка… – осматриваю комнату, однако ничего не нахожу в полумраке. – В шкафу, наверное. Ну-ка подержи ее минутку, – машинально вручаю Славину дочку, обернутую лишь в тонкую пеленку.

— Давай, – спокойно соглашается, бережно прижимая к себе крохотный по сравнению с ним комочек. Аккуратно откидывается на подушки.

На доли секунды замираю, любуясь непривычной картиной. Этому суровому мужчине так идет отцовство. Впрочем, Петру все к лицу. Я еще семь лет назад поняла, что он идеален. До сих пор не разочаровал. Наоборот…

Вздыхаю. Трогаю щеки ладонями, чувствуя, что покраснела. Пока Славин не заметил моей реакции, отхожу к шкафу и ныряю в большую сумку.

Боже, какой бардак! Надо будет навести здесь порядок и разложить вещи.

С трудом нахожу нужную упаковку, вскрываю ее.

Прислушиваюсь.

Что-то не так…

Мгновение спустя понимаю, что именно меня насторожило.

Полная ти-ши-на.

Поднимаюсь с корточек и прокручиваюсь на пятках, сжав подгузник в руке.

— Петя, а… – осекаюсь на половине фразы.

Сердце тает, а улыбка трогает губы.

Лиза устроилась на груди у временного папочки, подобрав ножки под себя и оттопырив голую попу кверху. Пеленка сбилась в сторону. На спинке лежит большая мужская ладонь, почти полностью накрыв ее, будто одеялом.

Славин дремлет. Малышка, судя по всему, тоже.