Книга Сын моего сына, страница 8 – Марина Вуд

Я киваю, пытаясь удержать слезы. Слова Валентины Петровны оказываются именно теми, которые мне сейчас нужны. В этой огромной кухне, с её уютом и теплом, вдруг становится по-настоящему спокойно. Казалось бы, чужой дом, а чувствую себя здесь как дома. Возможно, это из-за людей, которые умеют принимать других с пониманием и без осуждения.

— Спасибо, Валентина Петровна, — наконец говорю я, поднимая взгляд на неё. — Вы очень добры.

— Да брось ты, — отмахивается она, но в её глазах мелькает тёплая искорка.

— А вы давно здесь работаете? — спрашиваю я, чтобы поддержать разговор.

— Ой, да уж больше десяти лет, — отвечает она, наливая себе чашку чая. — Хозяин наш хоть и строгий с виду, но добрый. Дом большой, конечно, работы хватает, но я привыкла. В общем, не жалуюсь.

От упоминания о хозяине дома у меня невольно мурашки бегут по телу.

Она делает глоток чая, а я тем временем бросаю взгляд на часы. Время еще совсем раннее, чувствую легкую тревогу, как будто боюсь, что вот-вот случится что-то, что нарушит этот мирный момент.

— Вы случайно не в курсе, Тимур Эльдарович сейчас дома?

Валентина Петровна чуть приподнимает брови, но её выражение остаётся мягким и спокойным.

— Нет, деточка, Тимур Эльдарович уехал с самого утра. Он человек занятой, редко когда дома сидит, — она делает ещё один глоток чая и добавляет: — Но вернётся он, скорее всего, к обеду.

Я киваю, внутренне ощущая смешанные чувства. С одной стороны, это облегчение от того, что он не рядом, но с другой — тревога от мысли, что он вернётся. Мне всё ещё не по себе от вчерашнего вечера и его холодных, властных слов. Кажется, что я застряла в каком-то страшном сне, который не может никак закончиться.

— Если что-то понадобится, не стесняйся, обращайся ко мне, — продолжает баба Валя, внимательно глядя на меня. — А то, знаешь, первые дни в новом месте всегда тяжёлые.

— Спасибо, — отвечаю, стараясь скрыть свою нервозность.

Даня, тем временем, заканчивает есть кашу и, кажется, немного оживляется. Он тянет меня за руку, показывая на окно. За окном открывается вид на красивый сад с аккуратно подстриженными кустами и зелёными лужайками. Я понимаю, что ему хочется выйти на свежий воздух, и эта идея кажется мне очень привлекательной. Возможно, прогулка поможет отвлечься от тяжёлых мыслей.

— Можно мы выйдем в сад? — осторожно спрашиваю у Валентины Петровны.

— Конечно, — улыбается она. — Даня может там поиграть, а ты подышишь свежим воздухом. Я провожу вас.

Мы встаём из-за стола, и Валентина Петровна ведёт нас к заднему выходу, показывая дорогу через просторный коридор, украшенный картинами и дорогими безделушками.

Вдоволь нагуляв Даню, возвращаюсь в особняк. Баба Валя вновь кормит нас вкусным обедом, а после я отвожу сына на обеденный сон. Укрыв его одеялом, я сажусь рядом на кровать, прислушиваясь к его ровному дыханию. Его маленькое личико, такое безмятежное и спокойное. Надеюсь, что он не до конца понимает всего этого кошмара, что с нами сейчас происходит.

Нежно провожу рукой по его волосам. После того как Даня засыпает, я тихонечко поднимаюсь и выхожу из комнаты. Аккуратно прикрыв за собой дверь, я спускаюсь в гостиную и понимаю, что в доме мы больше не одни.

— Тимур Эльдарович вернулся. Просил тебя зайти к нему, — важным видом секретаря, сообщает мне домработница.