Книга Сын моего сына, страница 39 – Марина Вуд

Её слова повисают в воздухе, и я чувствую, как между нами образуется тяжёлая пауза.

— Просто ты, сейчас, выходишь из кабинета, и я забываю всё, что ты мне здесь наговорила. А сейчас, извини, у меня назначена встреча, — мой голос прозвучит тихо, но в нём нет никакого намёка на сочувствие или понимание. Я видел, как её лицо напрягается, как будто она пыталась что-то ещё сказать, но не решается.

— Хорошего вечера, Тимур Эльдарович, — наконец она выдавливает из себя, её плечи слегка опускаются. Затем, встряхнув волосами, Лена резко разворачивается к выходу и отбивая дробь каблуками направляясь к двери.

Дверь захлопывается за ней, оставив после себя тишину. Зажимаю кнопку селектора и прошу секретаря вызвать мне водителя.

Через несколько минут в дверь снова стучат, на этот раз Виктория, аккуратная молодая девушка, робко заглядывает в кабинет.

— Водитель подъехал, Тимур Эльдарович.

— Хорошо, — киваю ей, поднимаясь на ноги и поправляя пиджак. — Спускаюсь.

Секретарша тут же исчезает

Забираю со стола телефон и бумажник.

Выхожу из кабинета, закрывая дверь за собой, будто запечатывая внутри всё, что здесь произошло. Возле офиса уже ждет Семен, он бросает на меня вопросительный взгляд, но я коротко киваю в знак, что можем ехать.

— В «Шафран»? — спрашивает он, открывая дверь машины.

— Да, — сухо отвечаю, садясь на заднее сиденье.

— Тимур Эльдарович, а можно вопрос? — неожиданно нагло начинает разговор мой водитель.

Ловлю его горящий взгляд в зеркале заднего вида. Хм, очень любопытно.

— Задавай.

— Ангелина, она, — выдерживает паузу, — она мне очень нравится. Можно я за ней ухаживать буду?

Душу в себе острое желание сразу послать его на хрен и все же отвечаю.

— А что, другие девицы тебе не подходят? — давлю интонацией.

— Красивая она очень, — выдаёт он одном на выдохе. — И умная. И добрая…

Да я и сам знаю, какая она. Тут не поспоришь.

— Она повод какой-то дала, что ты вдруг решил, что имеешь шанс?

— Да, нет, — жмет плечами. — Просто, давно меня так никто не цеплял. А тут, как увидел, сразу будто током прошибло.

Понимаю, друг мой. Понимаю.

— Так, вы не против?

— Против, — выдавливаю из себя, и стараюсь сдержать в себе порыв выбросить его из машины. За шкирку, как щенка! В конце концов, я сам виноват, что приставил его к ней. Семен почти ее возраста. Я же в отцы гожусь.

— Тимур Эльдарович, я понимаю, — вдруг продолжает он. — Вы о ней беспокоитесь, но я на неё давить не собираюсь. Я к ней с уважением.

— Уважение, говоришь? — грозно переспрашиваю я.

— Да, конечно. Я бы никогда… — он торопливо оправдывается, но я останавливаю его взглядом.

— Послушай, Семен, — произношу тихо, но медленно. — Я — ПРОТИВ! Ты можешь себе позволить ухаживать за кем-то другим, но не за ней. Понял?

Семен кивает, но я чувствую, что внутри его это не останавливает. Молодой, напористый. Думает, что весь мир у его ног. Но в его возрасте такая самоуверенность — нормальная вещь.

— Не слышу ответ?

— Понял вас, — парень говорит это спокойно, но я вижу, как его пальцы сжимаются на руле сильнее. Наигранная невозмутимость.

— Больше ты её возить не будешь. Подбери себе замену.

Он напрягается ещё больше, но кивает, явно понимая, что разговор окончен. Мы подъезжаем к «Шафрану», и он открывает мне дверь.