Книга Сто причин моей (не) любви, страница 54 – Елена Романова

— У тебя нет вариантов.

— Я прыгну с башни! — зло засверкали ее глаза.

Это сейчас серьезно сказано?

Нейл закатил глаза, а сам почувствовал тревогу. Упрямая выскочка доиграется, он перекинет ее через плечо и унесет домой. А там он вытрясет все эти мыслишки из ее глупой головы.

— С чего вы взяли, господин Олсен, что я должна вам верить? — сощурила глаза Митчелл. — Вам, а не лорду Лесли? Его я хорошо знаю, а вас… вас только с плохой стороны!

Да он убьет этого Маккейна. Теперь это даже не обсуждается. До сего момента у Лесли еще был шанс, теперь никакого. А из черепа Олсен сделает милую чернильницу или кубок. Разве не здорово придумано?

— Я рискую, ты это понимаешь, Митчелл? — Нейл убрал руки в карманы, глядя на упрямицу сверху вниз, пока его длинные волосы, которые подхватил порыв вечернего ветра, метались за его спиной, словно крылья. — Всем рискую, потакая тебе.

В ее глазах он прочел то, что она хотела бы скрыть, — понимание. И тревогу. Она знала, что подвергает себя опасности, но вера, а может и любовь к Лесли, толкали ее даже на это.

— Хорошо, Митчелл, — ядовито усмехнулся Нейл, прикасаясь к ее лицу и мягко убирая с щеки прядь волос. — Побудь пока самостоятельной.

Она дернула головой, избегая его прикосновений, и насупившись, словно получивший розгами ученик, пошла прочь.

Проводив ее взглядом, Нейл вздернул руку, вычерчивая знак артефакта. Алое сияние осыпалось на мостовую искрами, а в следующую секунду за спиной дракона появился Тень.

— Проследи за тем, чтобы ее никто не тронул, — мрачно произнес Олсен. — Отвечаешь за ее безопасность головой. Сообщаешь мне обо всем, что с ней связано. Убиваешь любого, кто на нее посягнет.

— Любого? — хриплый голос Тени унес порыв ветра.

— Кроме меня, конечно, — заключил Нейл и, вздохнув, отправился на прогулку по вечернему городу.

* * *

Едва Олсен вошел в Хэмилтон-холл, он столкнулся с камердинером старого лорда. Промокнув под вечерним дождем, Нейл выглядел не лучшим образом. Скрутив влажные отяжелевшие волосы узлом, он перекинул их через плечо, а камзол расстегнул, демонстрируя тонкую ткань рубашки, облепившей рельефное тело.

— Его светлость желает вас видеть. Он в кабинете, — произнес камердинер и поморщился, замечая ко всему прочему следы крови на одежде дракона. — Но для начала вам следует переодеться.

Нейл тихо рассмеялся, оглядывая напудренного слугу в ливрее.

— А что не так? — без обиняков протянул дракон, хватая озадаченного камердинера за плечо и заглядывая в глаза: — Твой лорд, мне кажется, не сильно разбирается в моде.

Камердинер покраснел от негодования и боли, потому что Олсен сдавил его плечо пальцами так, что тот едва сдержал вскрик. Убрав руку, Нейл толкнул камердинера в грудь, и тот безмолвно отшатнулся, пропуская грубияна.

Еще бы всякие напудренные мужики в париках не указывали, что ему делать и как выглядеть. Даже если бы он заявился к дядюшке, вымазанным в дерьме, к этому следует отнестись с уважением. Потому, что он — это он, Нейл Олсен.

С лордом у красного дракона по понятным причинам были не самые теплые отношения, но Нейл старого ублюдка терпел. Возможно, из-за Эмилин. Старик превратил ее в затворницу, лишив всего и даже простого общения. Он выбрал ей в компаньонки чопорную старую деву Коди, которая могла научить Эмилин только одному — быть черствой стервой. И только Нейл мог научить юную драконицу чему-то еще, более полезному.