Книга Сто причин моей (не) любви, страница 39 – Елена Романова

— Нет, — выпалила я со всей искренностью, на которую только способна: — Пожалуйста, нет.

Подлокотники затрещали сильнее — того и гляди, раздавит их!

— Мне срать на твои «нет», когда твое тело говорит «да».

Мое тело сейчас трясется в страхе, потому что угроза от Нейла вполне ощутима и реальна. И потому что… его губы так близко.

— Прошу вас… — взмолилась я. — Чай! Пожалуйста, пить.

Глупо пытаться отвлечь его внимание, когда его взгляд пожирает мои губы.

Олсен вскинул руку, и я резко откинулась на спинку кресла, зажмурилась, боясь лишний раз вдохнуть.

Звякнула ложечка о тонкий фарфор. Потянуло горечью травяного биттера.

Открыв один глаз, я с облегчением увидела перед собой блюдце с чашкой горячего чая. Распахнув глаза, удивленно воззрилась на Олсена.

— Теперь ты для меня самое большое сокровище, Митчелл. Неужели думаешь, что я тебя обижу? — он всучил мне чай, а затем вдруг коснулся пальцами моей кожи, нежно провел от скулы к подбородку, заправил растрепавшиеся волосы мне за ухо: — Я злой только для других.

А затем его пальцы — чуткие, ласковые и мягкие — пропали с моего лица. И Олсен отступил, наконец, давая мне простор.

Кажется, это было самое приятное прикосновение в моей жизни. Но это ничего не значит. Ни-че-го.

Я приникла к горьковатому чаю, жадно выпивая все до самого дна.

— Теперь мы оба пьяны, Митчелл, — усмехнулся Олсен. — Можно и поговорить.

Нейл устало отер рукой лицо, когда в дверь постучали.

Ну в самом деле, у него женщина. Разве неясно, что его сейчас лучше не трогать?

— Господин Олсен, — раздалось из-за двери. — К вам Мэтт Барлоу.

Дракон взглянул на насупившуюся Митчелл. Она поджала плечи, скрестила руки на груди и глядела из глубин кресла затравленным зверьком. Облизать бы ее губы. Что бы она сказала на это?

— Пусть Мэтт Барлоу катиться к черту, — крикнул Олсен, не спуская глаз с Митчелл. — Я занят.

— Говорит, что дело неотложное. Вы сами приказали ему разобраться…

— Босс, — раздался другой басистый голос. — Я нашел девку из дома удовольствий Маклин.

По губам Олсена расползлась улыбка, потому что Митчелл вдруг заерзала, будто под ней накалилось сидение. «Маленькая лживая сучка, ты хотела это скрыть от своего дракона?»

— Входи, Мэтти, — Нейл подошел к камину, развернул другое кресло и сел, вальяжно положив ногу на ногу.

Он хотел лицезреть это представление из первого ряда. И, определенно, он был конченным извращенцем, потому что реакция белобрысой выскочки ему очень понравилась. Присмиревшая, тихая и слегка пьяная — о, Нейл чувствовал тугое натяжение в паху.

Он любил фигуристых, ярких и откровенных женщин. Никогда не возился с тихонями, зубрилками или высокоморальными дамами. Плевать он хотел на отношения, когда любовь продавалась за деньги. Но за пышный бюст Митчелл он готов закрыть глаза на ее вредный характер. Такая тонкая и хрупкая, она прятала под своей одеждой целое сокровище. Пожалуй, ее тело было безупречным. Таким, как надо.

Мэтт, привыкший видеть рядом с Олсеном исключительно продажных женщин, даже не обратил на Митчелл внимание. Едва показавшись на пороге, он пошел к креслу своего господина, кривя губы.

— Какого хрена кто-то отделал тебя, босс? — вскинул он брови. — Мне нужно позаботиться о трупе?

Олсен все еще улыбался, поглядывая на Митчелл. Она выглядела так, будто ее застукали на списывании на экзамене. Зубрилка. Несносная заучка-отличница. Как же угораздило ей оказаться парой такому, как Олсен?