Книга Сто причин моей (не) любви, страница 30 – Елена Романова

Нужно придумать, как выжить в мире драконов и сохранить свободу. Как прекратить мечтать о Лесли, и избавиться от метки Олсена. Как вернуть себе прежнюю жизнь, не омраченную собственными же дурацкими поступками? Быть вновь исполнительным работником и только-то.

Никак?

Я обхватила себя руками и обеспокоенно зашагала по комнате.

На мне метка истинности.

Со вчерашнего дня я старалась не думать, что ее наличие — это на всю жизнь. Боги не ошибаются? О, еще как. Посмотрите-ка, я и господин Олсен просто созданы друг для друга! Пф-р…

Мы разные. Настолько, что это видно невооруженным глазом. Он отъявленный мерзавец, а я исключительный моралист. Мы диаметрально противоположны. Я никогда не смогу не просто влюбиться в него, но и лечь с ним в постель, не испытывая омерзения.

Его волосы… красные, как кровь.

Нет, он мне решительно не подходит. Я протестую.

Краем глаза замечаю свое отражение — я все еще в образе сногсшибательной белокурой сердцеедки Эль. Ясное дело, лорд Лесли потерял голову. Но ведь я другая — вовсе не такая беспечно-милая, открытая и сексуальная. Я — всего лишь секретарь его светлости, вечный костыль, верное плечо, подмога.

И тут меня буквально подбросило. Я медленно взглянула на гобелен, висящий на стене, напротив камина.

Его светлость как-то намекнул мне, что из его покоев есть ход до кабинета. Тайный. Для всяких разных случаев.

Таких, как, например, этот.

На моих губах появилась хищная усмешка.

Я отбросила край гобелена, увидев узкую дверь, из-под которой тихо посвистывал сквозняк. На дверном полотне расположился кодовый замок, и я почесала макушку, раздумывая над этим ребусом. Как-то не удосужилась я заблаговременно поинтересоваться у его светлости, какие именно пароли он предпочитает использовать. Ну, допустим, это будет простейшее: «Сто девяносто три». Номер его чистокровного верхового скакуна. Дверь тихонько щелкнула, и я с удовлетворением пискнула — не зря я знаю его светлость столько лет.

Юркнув в коридор, я быстро пошла по узкому мрачному ходу, спустилась по ступеням в следующую комнату, и оказалась в тайнике его светлости, где стояло кресло, и находилось несколько книжных полок. Тихо вспыхнули свечи — магия заструилась по стенам, и я услышала голос Беррона, находящегося в этот момент в кабинете:

— Надеюсь, вы понимаете, что ситуация критическая, Маккейн.

В следующую секунду чиркнула зажигалка. Раздался глубокий вдох лорда Лесли. Усталый вдох.

— Я понимаю.

— Нет, не думаю. Вы не знаете, кто такой Олсен. Он пустил корни по всему Элхорну. Квартал Водяных лилий под его полным контролем, включая констеблей и карманников. Десять лет он провел на войне и ожесточился, словно бешенный зверь. И мне осточертело ждать! — хрипел в порыве страшной ярости Беррон. — Он вечно впереди. Обходит нас на несколько ходов. Этот сукин сын вечно все знает!

Слушая все это, я холодела от страха.

И это тот самый мужчина, которого боги определили мне в пару? Чем я заслужила такое наказание?

— Мне нет дела до Олсена, — произнес Лесли.

— Думаю, вам будет интересно узнать, что Нейл и ваш секретарь, которому вы доверяете свои секреты, как-то связаны.

Я ощутила тянущую боль за грудиной. А в висках билось непонимание, отторжение, отчаяние!

Заскрипело кресло. Кажется, лорд Лесли поднялся.