Книга Девятое зеркало, страница 38 – Елена Романова

— Не пытайся никого убить, для начала. Не похищай и не принуждай меня делать то, что я не хочу.

— И когда ты полюбишь меня? Как скоро, м? Быть может, никогда?

Я молчала, и из-под меча Акара снова посыпались искры.

— Я – мужчина, Тея, – меч продолжал скрежетать о камень. – Что ты думаешь о тысячах лет, которые я провел в одиночестве? Может, я и сейчас должен блюсти целибат? Может, я должен забыть вкус твоих губ?

— Я даже не знаю тебя. Почти. Может ты… ветреный…

Меч в его руках умолк – Акар остановился и удивленно посмотрел на меня.

— Ветреный? Что это значит? – и рассмеялся. – Не вижу здесь других женщин, чтобы проверить. И разве тебе нужна моя верность?

Ну, разумеется, ничего мне от него не нужно!

Акар продолжил движение.

— Я готов подождать три дня, – произнес он, разглядывая черные борозды на камне. – Хватит тебе этого для твоей… – выругался, – любви?

— Нет.

— Договорились – три дня. Это последнее слово.

И судя по голосу – действительно последнее. Но я, уже изрядно уставшая, упорно твержу:

— Нет, Акар. Сделка предполагает согласие обеих сторон.

— Тогда тебе лучше согласиться.

Железный дворец был наполнен мраком даже днем. Робкие солнечные лучи проникали внутрь и тотчас растворялись, ползли светлой дымкой по стенам, мерцали на поверхности воды в огромном гулком гроте. Эхо здесь было звонким и тревожным, точно плач ребенка.

Несколько природных каменных бассейнов, наполненных горячей вулканической водой, и прохладное подземное озеро, теплые каменные лежаки, ступени вытесанные в скале, широкое вырубленное в камне окно, открывающее вид на бесконечное снежное плато – это были купальни Железного дворца, которые и сейчас, спустя тысячи лет запустения, вызывали неподдельное восхищение.

Я вошла в воду, погрузилась в один из бассейнов, не сдерживая стон блаженства. Горячая вода мигом расслабила каждую мышцу, потянула в сон.

Рэйкон был на удивление спокоен. Не взирая на то, что он обрел силу, он просто наблюдал за происходящим, предпочитая не вмешиваться.

У меня, наконец, выдалось время подумать. Каким даром он наделил меня? Этот вопрос все еще оставался без ответа. И был ли этот дар вообще?

Согревшись вдоволь, я насладилась минутами уединения, которые предоставил мне Акар.

Я постоянно твердила себе, что на поиски Светоча у меня есть целых три дня, а после я должна сбежать из дворца.

Надев чулки и штаны, грубую серую рубаху и жилет из овчины, я завязала мокрые волосы узлом и вернулась в покои, которые отвел для меня хозяин гор. Предполагаю, это была спальня самой Эморы, потому что апартаменты были украшены былой позолотой, мрамором, тяжелой черной парчой и зеркалами. Постель, усыпанная подушками – теплая, как объятия любимого – была украшена черными лентами балдахина.

Я взобралась на нее, скрестила ноги и медленно разглядывала все вокруг. Одна из дверей вела в будуар с круглым кованным столиком, другая – в гардеробную комнату, заполоненную мрачными манекенами, облаченными в одежды Эморы. Такой роскошной одежды я не видела ни у одной благородной дамы. Даже у жены архитектора Энталя, Агнес, а ведь она была первой модницей Молберна.

По периметру пьедестала, на котором стояла кровать, располагались желоба для огня – наверное, когда работала Кузница, они пылали пламенем Борогана.