Книга Добыча хищника, страница 104 – Елена Романова

Он опустился на колено, обхватил ладонью мою щеку и припал к моим губам.

Этот поцелуй был болезненный, горький и чувственный. И Константин разорвал его первым и заглянул в мои глаза:

— Можешь считать меня жестоким, Эля. Считай меня каким угодно. Презирай. Я всегда буду тем, кто хочет спасти людей, даже заплатив за это непомерную цену. А теперь подумай, что хочешь ты?

Около двух недель назад я была лишь маленькой девочкой, трясущейся от мыслей о чужаках. Я была беглянкой, такой же, как и миллионы других девушек, живущих в резервациях. Я была жуткой плаксой.

Понять не могу, что со мной стало, и когда я обрела мужество, чтобы смотреть в глаза подполковника Сурова с вызовом и бесстрашием?

— Я хочу увидеть Шилова, – произнесла, чеканя каждое слово. – Если хотите расставить точки над «и», людям следует просто поговорить с Таем и выяснить все у него. Сделаете это, товарищ-подполковник, или будете прятаться за мою юбку?

Еще ни разу Суров не выглядел столь уязвленным.

— Я никогда не прикрывался тобой, – прорычал он сквозь зубы. – И я уже имел честь перекинуться парой фраз с твоим дружком!

Свидетельство этого разговора – пара кило титановых болтов в его руке.

— Если нам нужны настоящие переговоры, то участниками должны быть главы государств и политические лидеры…

— Евросоюз, ООН и НАТО… – беспечно закончил Суров. – Твой дружок планирует баллотироваться в президенты? – и язвительно усмехнулся: – Не проси меня за него голосовать.

— Вы… – запыхтела я, – пытаетесь обойтись малой кровью. Не получится!

— Так задевает, да? – его губы тронула усмешка. – Неужели самое лучшее качество твоего чужака – красноречие?

— Он…

— Что «он»? – нахмурился Суров: – Почему ты так в него влюбилась? Только потому, что он был у тебя первым?

Я растерянно схватилась за стойку, к которой была приделана капельница.

— Это не ваше дело!

— И все же, Эля. Что в нем такого особенного? Смазливая рожа?

— Нет.

— А что?

— Он… – и порываясь сказать что-то грубое, я вдруг поняла, что не могу объяснить, почему так сильно полюбила Тайгета Касара. – Он особенный!

— Конечно, раз уж не прикончил тебя сразу. Это главная его особенность, или у него есть еще что-то? Огромный член, например? Нет, правда, может, именно это тебя так впечатлило?

Боже…

— Вы можете избавить меня от своей ревности?

— Она идет в комплекте, – парировал мужчина. – Почему я должен сдаваться без боя? – и нагловато усмехнулся: – Кроме того, ты еще не видела мой член.

Он поднялся, и, перекинув куртку через здоровое плечо, пошел к выходу.

* * *

— Что это? – мириться с дресс-кодом в условиях мирового апокалипсиса – чушь!

Севастьянов сел на край моей постели, предварительно повесив на ручку шкафа вешалку с брючным костюмом.

— Мне кажется именно так одеваются на встречу с первыми лицами.

Встрепенувшись, я села на кровати, ощущая, как со дна моей души поднимается паника.

— Что?

— Это ведь вы устроили, Эля? – произнес он. – Шилов сегодня несколько часов об этом договаривался. Константин заверил, что вы сможете уговорить на это чужака.

Сглотнув, я испуганно глядела в глаза профессора. Одно дело хорохориться перед Суровым, совершенно другое – принимать участие в самых настоящих межвидовых переговорах.

— Мне нужно будет поговорить заранее с Таем, – сказала я, скрывая чудовищный страх, – возможно, он сочтет, что в этом нет смысла.