Книга Лекарь для захватчика, страница 74 – Елена Романова

— Ваше высочество, – тянет мэтр Блер, отвешивая поклон.

Рядом с ним кряхтит и склоняет полностью седую голову мэтр Мерсер, а я в обществе Элизабет и Финча стою перед этими почтенными старцами, сложив руки на животе и поглядываю на лекаря с немым вопросом в глазах: «Это и есть лучшие химики Эсмара?»

Финч растягивает губы в улыбке, как бы подтверждая: «Да, самые лучшие».

И не смотрите, пожалуйста, что им по двести лет, один из них почти глухой, а другой слеп на правый глаз. А еще мэтры слыхом не слыхивали про таблицу Менделеева, что само по себе не удивительно, потому что в этом мире местный Дмитрий Иванович еще не родился.

Мэтр Финч привез преподавателей из столицы, потому что не мог самостоятельно пояснить, что именно от них требуется. Кроме того, в Рьен уже прибыл поверенный его величества, лорд Фулз, сутулый и худой, в черных одеяниях, точно грач.

И начались трехдневные переговоры, потому что ставить подписи под условиями Уилберга было смерти подобно. Устав от твердолобости Фулза, который не уступал ни пяди, я написала мужу еще одно гневное письмо о том, что эфир является не просто необходимостью, но и должен быть бесплатным и повсеместно доступным для любого лекарского корпуса, госпиталя или лечебницы. Я согласилась с тем, что авторство будет присуждено также Финчу, Блеру и Мерсеру, но настаивала, что мой вклад больше, и права по распоряжению собственным изобретением я передаю Эсмару с оговорками.

Думаю, император был крайне возмущен моим упрямством. Он запросил у Финча еще один подробный доклад, уточняя, насколько реальны перспективы создания этого эфира, и не морочит ли принцесса всем голову, и только после направил ответ, что согласен с моими условиями. Наверное, потому, что вообще сомневался в успехе этого дела и, если бы не Финч, который вдруг в это поверил, свернул бы мою фееричную деятельность к чертовой матери.

Итак, я потеряла порядка трех дней.

Я приглашаю мэтров в большой каминный зал. Эмин занялся починкой мебели и теперь я могу оценить, что он действительно искусный резчик по дереву. Его старший брат почти закончил с перетяжкой, поэтому мне было не стыдно встретить в Рьене даже иностранную делегацию. Если понадобится.

Мы долго беседуем. И, если поначалу мэтры не спешат обращаться ко мне с вопросами, а лишь снисходительно улыбаются и нарочито вежливо пропускают сказанное мимо ушей, то чуть позже, когда я, наконец, высказываюсь, они умолкают и слушают внимательно, а мэтр Блер подставляет ладонь к тугому уху, пытаясь не упустить ни одного слова.

Забавно, что в земной истории эфир открывали несколько раз, а здесь ни разу. И вот мы пытаемся понять, есть ли в Эсмаре серная кислота в моем, земном понимании, или здесь это вещество называют как-то иначе. В общем, на пальцах пытаюсь растолковать, что нам необходим железный купорос, а также простенький аппарат для перегонки на песчаной бане.

О производстве антибиотиков боюсь даже заговаривать, так как выращивать плесень и извлекать пенициллин – это из разряда полететь на Луну и прихватить оттуда пару зеленых человечков.

Разумеется, после беседы я слышу восклицания мэтра Мерсера, обращенные к Финчу: «Неужели лекарское дело в Саореле так развито? Кто из лекарей научил ее высочество таким сложным вещам?» А еще подслеповатый Мерсер тихо вопрошает: «Точно ли это та самая Антуанетта-Аннабель?» и «Может ли женщина так хорошо разбираться в науках?»