Книга Подмена: тёмный близнец мужа, страница 23 – Анна Жукова

— Нет, — вновь говорю.

Поднял вопросительно бровь, мельком кинув на меня взгляд.

— Я искренна. Всегда. Как ты любишь благодарных, так и я искренних, — замолкаю и спрашиваю, что давно хотела, — зачем ты душил меня на свадьбе? Из-за Стаса? Я тебе объяснила, что просила его уйти. И я бы не обманула выполнив все условия, если бы не жестокость с твоей стороны, — осмеливаюсь сказать ему то, что давно хочу.

На этот раз его взгляд задерживается на мне дольше. Он всё так же продолжает уверенно вести авто.

— Мне жаль, — только и произносит он.

Жаль, что душил или жаль, что он не может быть искренним?

— Повторяться не буду на эту тему. За свою безопасность не бойся. И брать тебя силой я не буду. Тоже можешь не переживать. Но только подумай, что будет если ты не забеременеешь? — он даже не смотрит, серьёзен, нет и тени сомнений в этом.

— Я не лягу с тобой, — упрямо повторяю я, прекрасно понимая, что Орлов решает сменить тактику.

— Мы будем в море, ты и я, — он как скала, такой же непробиваемый

Я возмущена. Но понимаю, он знает, что мне придётся. Замолкаю. Мне нужно время чтобы хоть немного прийти в себя. Положение тела меняю в сторону от водителя и смотрю в мелькающий за окном скудный пейзаж. Затем засыпаю, уже во сне ощутив, что меня накрывают чем-то тёплым и кажется я бормочу спасибо и кажется по моей шее аккуратно ведут пальцем и выдыхают будто сожалея.

Утром нас ждал частный джет в аэропорту.

И когда мы уже начали погрузку в самолёт нас кто-то окликнул:

— Слава.

Орлов притормаживает и сжимает поручень так, что его пальцы белеют.

Я оборачиваюсь и вижу, что от авто, остановившегося неподалёку с самолётом, сбивающимся шагом приближается мать Степана. Но выражение её лица…

Я теряюсь. Слышу, как скрипит зубами Орлов, смыкая челюсть и без того острую. Злится? Кадык на его шее дёргается. Волнуется?

Несколько мгновений как будто колеблется. Передаёт мою сумку встречающему нас стюарду. Затем спускается. Я за ним едва поспеваю. Стремительный шаг длинных накаченных ног.

Он поднимает мать словно пушинку и покружив, ставит обратно. Я столбенею буквально.

— Слава, — шепчет женщина и аккуратно будто Орлов призрак кладёт ладони на его шершавые от чёрной щетины щёки.

Что за Слава? Кто такой? И почему Степан отзывается? Почему мать обнимает его как в последний раз?

Я даже не успеваю подумать. Из авто, громко хлопая дверцей, выходит отец Орлова. Степана как подменяют. Вновь становится отстранённым, холодным. Его отец подходит к своей жене.

— Ну что ты, дорогая… — он сюсюкает с ней как с ребёнком, — ну какой Слава… Проводила Степана? — с нажимом на имя, — поехали домой.

Она коротко взглядывает на мужа, затем вновь обращает затуманенный слезами взор к Степану. Он молчит. Словно скала. Такой же недвижный. Холодно улыбается отцу.

— Привет, Стёпа, — мужчины здороваются, тряся друг друга за руки.

Степан лишь качает головой.

— Ну какой Стёпа? — недоумённо спрашивает у мужа.

— Мам, — неожиданно тепло выступая вперёд произносит Орлов.

Мать всхлипывает.

— Стёпа, — отец гневно обрывает сына, — я тебя прошу…

— Мам, я вернусь, тогда поговорим, — его губы трогает печальная улыбка.

Он коротко кивает родителям и оборачивается ко мне. Напряжён весь: шея, спина. Как взведённый курок.