Книга Догонялки. В постель к незнакомцу, страница 58 – Аврора Давыдова

— Приехала, наконец, Алисочка, — услышать от матери Алисочка уже само собой настораживает, — а у нас гости, только тебя ждём. — вот я так и знала, где-то был подвох.

— Здравствуй мама, — я отдала ей пакеты с продуктами и последовала за ней в дом.

— Зачем столько накупила, у нас всё есть, — причитала та, так и хотела сказать, всё по твоему списку. Но войдя в кухня так и обомлела, глядя на гостя.

— Олег, что ты тут делаешь.

— Здравствуй, Алиса.

Дмитрий

— Слушая, Волков. — отвечаю, на вызов с незнакомого номера.

— Дежурный, 109 отделения полиции, Руцкого района. Нами был задержан гражданин Титов, он указал вас, как своего адвоката. — дальше я, почти не слушаю, только вежливо уточняю адрес отделения и мчу к моему «подзащитному», мать его… попутно набирая Ромку.

Мы проводим в отделении не менее трех часов, и мне кажется, над нами издевались. Ромыч даже предлогал бумажную благодарность кому-нибудь сунуть, ага, сейчас, не с тех поиметь хотели. Никиту весьма помятого, после ночи в камере и выпитого на кануне, выводят к нам. Передаю из рук в руки, отчитывают, как нерадивого ребёнка, берут обещание вести себя хорошо и больше к ним не попадать. Сам дебошир в глаза не смотрит, и молча усаживается на заднее сиденье моей машины, Ромка, вперёд.

— Ты чего на не на своей. — спрашиваю друга, трогаясь со стоянки.

— Так меня вырвали буквально из-под девушки, — говорит он и косится на Ника. — я уже успел глотнуть, не критично конечно, но в полицию с перегаром на своей не рискнул.

— Куда тебя.

— Куда и вас, поехали к Нику, посмотрим, чего там натворил.

Квартира встретила нас разрухой, разбросанными вещами, пустыми шкафами и разбитыми бутылками. Запах стоял ужасающий. Вся эта картина маслом, сопровождалась кровавыми пятнами от разбитых рук Никиты.

— Ну рассказывай, как ты докатился до жизни такой.

— Олеска сука, — прорычал он.

— Вы как хотите, а я вызываю клининг, — морщился Ромка. — Здесь даже сесть не где.

— Делайте что хотите, — ответил хозяин квартиры, и приложился к горлышку последней целой бутылке.

— Харэ бухать, — я вырвал бутылку из его рук, — рассказывай давай.

— Чего рассказывать то, и так всё знаете из протокола.

— Ну уж очень хочется послушать твою версию.

— Прихожу я значит домой, а эта бл* вещи собирает, в Дубай. Я ж главное ей сук* сказал, без меня ни ногой, а она. — он делает попытку вырвать у меня бутылку, я не отдаю, и Ник продолжает рассказ. — а дальше всё как в протоколе, я запер её в комнате, напился, открыл поговорить, она меня ударила по голове, чем-то и понеслось. Соседи вызвали ментов. — он тяжело вздохнул. — Нет, главное по голове она врезала, а закрыли меня.

Я отдал бедолаге бутылку, он сделал пару глотков и упал на диван. Мы с Ромычем, обошли квартиру, инспектируя масштаб бедствий, и дождались клининг. Никита не спал, он лежал с закрытыми глазами и беспрерывно вздыхал. Почти все вещи Олеси отсутствовали, она ушла. Не знаю понимал это Ник до конца или нет, ему предстоит тяжёлое принятие. Эта женщина его одержимость, нет, по мне так любовь точно проявляться не может. Это зависимость.

Я буквально силком утащил друга во вторую комнате, не позволив ему войти в уже бывшую, их общую спальню. Эту ночь решили побыть у него и не прогадали. В середине ночи, раздались удары, треск, и отборный мат. Этот придурок, проспав пол дня, ночью решил всё же наведаться в семейное гнёздышко и не обнаружив там вещей «любимой», сломал шкаф.