Книга Новая жизнь для Лизы, страница 56 – Аврора Давыдова

— Он не проявляет. – перебиваю её стройную речь.

— Хм-м, кхм. – Янка давится смешком, но продолжает, широко улыбаясь. – Ты ему очень интересна, только проявляет он это по-своему. Всё, я спать. – подруга утомлённо шагает к выходу.

— Ты оставляешь меня в замешательстве.

— Я оставляю тебя с широко открытыми глазами и выбором… остаться или бежать и прятаться.

Темнота поглощает маленький силуэт девушки. С минуту, я ещё всматриваюсь в эту тьму. Потом встаю и проделаю те же манипуляции с кружкой, что делала Янка.

Широко открытые глаза. Мои глаза достаточно широко открыты, чтобы видеть, как ты ошибаешься, Яночка. Если я останусь, мне придётся прятаться, а если убегу, стану свободна. В одном лишь права, ни один мужчина после Матвея мне не был так интересен, как твой брат.

Я почти проваливаюсь в дрёму, как слышу доносящийся с улицы шум и лай собак. Вскакиваю, подлетая к окну. Он вернулся. Бросает мотоцикл на дорожке, что-то спрашивает у охраны, гладит подскочившего к нему пса. Я пытаюсь разглядеть его, нет ли ран или крови. Только это бесполезно, ночную мглу едва трогает рассвет, а свет от прожектора даёт больше тени. Он поднимает голову, смотрит на мои окна. Больше не стараюсь спрятаться, Демьян меня прекрасно видит.

Мужчина заходит в дом, а я отхожу на середину комнаты. Впиваюсь глазами в дверь. Он придёт, он должен зайти. Вот уже в ночной тишине дома, слышен размашистый шаг. Нервно жду стука в дверь. Сглатываю, прочищая горло, чтобы с первого раза ответить, не запнуться, не показать свою трусливость. Шаги удаляются, даже не приблизившись к моей комнате. Вдалеке хлопает дверь. Я припадаю ухом к своей. Тишина. Он не зашёл. Разочарованно вздыхаю.

Может быть, я сумасшедшая, может быть, это отголоски выпитого вина, может, слова Янки. Только я хватаю тонкий халатик, накидаю его на пижаму, и решительно иду к его спальне. Чуть мешкаю у двери, занеся руку для стука. Протяжно дышу, успокаиваю разволновавшееся сердце. Едва дотрагиваюсь до двери, как она открывается.

— Лиза? – удивленный Демьян, и мои зубы в который раз впиваются в припухшую губу. – Почему не спишь?

Как же тут спать, если я вся на нервах. Вновь прохожусь по нему глазами. Лицо целое, нет ни ссадин, ни ушибов, бронежилет валяется почти у порога, возле него футболка, оглядываю широкий мужской торс, ни царапинки. Он всё так же здоров и красив, как несколько часов назад, когда уходил. Уходил и сказал: «дождись меня». Я ждала, а он не зашёл. Волновалась. А ему как будто всё равно. Где тут Янкина правота, ему неинтересно, я бедовая ему неинтересна. И не нужна. Сильней прикусываю губу, по-детски раздувая ноздри.

Это ничего, это всё равно, главное, что вернулся, живой, пусть даже не ко мне. Я же хотела уехать, вот уеду. Пусть только поможет в последний раз. И остаётся, живёт свою жизнь, а мои фантазии, это бред. Я заберу их с собой, как и наш недопоцелуй. Тонкие губы Демьяна шевелятся, проходит не менее полминуты, прежде чем я понимаю, он что-то мне говорит.

— … лучше уйти. – Лучше? Почему? Вроде мой рот открывается и даже шевелится, но звука нет. – Ты не слышала меня.

Замираю, перестаю дышать, опускаю сначала глаза, а потом и голову, пялясь на свои голые ступни.

— Я-а, кхм. Хотела убедиться, что ты в порядке. – вру, почти, отчего стыдливо съёживаюсь.