Книга Новая жизнь для Лизы, страница 103 – Аврора Давыдова

— Доброе утро, Фелипа. Можно мне ваш кофе, аромат, конечно, сказочный.

— Вот, возьми, - женщина протягивает мне горячую чашку. – Как наш Матео, не сильно утомил.

Да, бл*ть, я про него и забыл. Видимо, сегодня этот мачо всё же всплывёт на горизонте. Мне вот только его не хватает в свете последних событий.

— Разве такой карапуз может кого-то утомить? – Лиза со счастливой улыбкой и сыном на руках заходит к нам на кухню. – Фелипа, чтобы ты знала и понимала, Демьян - отец нашего Матео.

— Чего, Бл*ть? Кого? - произношу это вслух, и наталкиваюсь на две пары изумлённых глаз.

— Санта Мария. – крестится женщина.

— Фелипа, я тебе потом всё объясню. – успокаивает её малышка. – А ты подержи своего сына, Медведь.

Лиза вручает мне малыша, и идет, готовит ему кашу.

— У меня недостаточно молока, а он крупный малыш, приходится докармливать. – объясняет как, видимо, мне малышка, да я и не спрашивал, я вообще в этом не секу. – Это торрихас. – озвучивает поставленное передо мной блюдо девушка. – Чем-то похоже на наши гренки, только сладкие. Если хочешь чего-то другого, то…

— Без проблем. – уверяю её и откусываю кусочек, запивая божественным кофейным напитком.

— Матео, это Матвейка. Фелипа всем даёт испанские имена. Если ты не заметил. – заметил, наверное, да, заметил.

Женщина действительно и Лизу, и меня называет созвучными именами, только я и не подумал, что Матео это Матвей. Конечно, нет, я же ехал с полной уверенностью, что это хахаль, малышки. Ну, Янка, это всё она. Накрутила меня, до такого, что я сорвался. Она специально. До меня как до слона, даже как до жирафа, начало доходить только сейчас. Сестра специально так сказала. Вроде и не соврала, а вроде и… Я сам всё додумал. Янка конечно сте*ва, но элементарного спасибо заслужила.

— Вчера я созванивалась с Лусио, он меня заверил, что переделать свидетельство о рождении Матвея не составит труда. Сегодня он сходит в консульство и точно всё разузнает, нам даже не придётся…

— В этом нет необходимости. – перебиваю малышку, и натыкаюсь на недоуменный взгляд. – Мы переделаем все его документы, как только вернёмся в Россию.

— Мне кажется, так не получится, ты один вряд ли сможешь, без меня.

— Ты и мой сын едите со мной. Я смогу пробыть здесь не больше двух недель. Собирайся, заканчивай дела и летим. – говорю безапелляционно, чтобы Лиза сразу поняла, это не обсуждается.

— Подожди, Демьян, так нельзя.

— Нельзя скрывать от меня сына, и увезти его на другой конец географии, всё остальное можно. – чувствую, что завожусь. Злость закипает с новой силой, я ещё не переварил, не пережил, предательство близких людей. Это ведь предательство отобрать у меня возможность видеть, как родился и как растёт мой ребёнок.

— Успокойся, пожалуйста. – помниться, раньше только рядом с ней я мог успокоиться, от одного прикосновения, от едва уловимого касания губ. – Давай начнём с малого, переделаем свидетельство, ты побудешь с ним, поживёшь, привыкнешь.

— Я уже привык, Лиза. – прижимаю сильней малыша, одной рукой, а другой откусываю кусок испанской гренки. Показывая девушке, что прекрасно могу справляться.

Лиза докармливает последнюю ложку каши и, забрав Матвейку у меня, передаёт его Фелипе. Что-то говорит ей на испанском, женщина кивает и уходит.