Книга Второй шанс для Фина, страница 47 – Екатерина Аверина

Ставлю варить кофе. Иду в спальню. На экране телевизора мультфильм, но его никто не смотрит. Маленькая Веста спит, обняв любимую игрушку. Рядом с ней лежит Майя, подложив ладонь под щёку и подогнув под себя ноги. Укрываю её. Она тут же открывает глаза и сонно смотрит на меня.

— Спи.

Собираюсь уйти к Яре. Майя ловит меня за запястье с браслетом. Разворачивается на спину, тянет на себя, вынуждая наклониться. Прижимается губами к моим губам.

— Не отвечаешь, – грустно улыбается. – Иди, – легко толкает меня в грудь и отворачивается.

— Май…

— Иди, Фин.

— Прости меня, – наклоняюсь, целую её в щёку. На губы попадает солёная влага. Слизываю её. Сажусь на край кровати. – Я всегда восхищался тобой. Ты невероятная женщина. Я действительно так считаю.

— Ты старался, – тихо отвечает она. – Но я не могу тебя заставить любить себя. По одному твоему взгляду на эту раненую девочку всё стало понятно. Между нами так никогда не будет. И в глубине души я понимала, что всё закончилось. Чувствовала по твоему поведению. Ты хотел сказать?

— Хотел. Но ты была так расстроена тем, что не смогла забеременеть. Я испугался навредить и отложил этот разговор ещё на пару дней.

— Ей повезло с тобой. Оставь меня, ладно?

Целую её в лоб как хорошего, дорогого друга. Поднимаюсь. Иду к дверям, слушая сдавленные всхлипы Майи в подушку.

«Поздравляю тебя, Фин. Ты всё равно мудак. В этой ситуации не могло быть по-другому»– мысленно озвучиваю себе вердикт.

Искренне не хотел, чтобы всё вышло так. Слишком долго я боролся с собственным прошлым и своими чувствами. Моя внутренняя война зацепила Майю. Она ведь всегда была где-то рядом.

Вернувшись на кухню, наливаю кофе себе и Яре. В свою чашку добавляю сахар. Предлагаю ей. Она пальчиком показывает «одну ложку».

— Веста спит. Я сейчас попробую что-то придумать, чтобы ты тоже легла.

— Не хочу, – она обнимает ладонями кружку и вдыхает горьковатый аромат зернового кофе. – Фин, – поднимает на меня взгляд своих красивых карих глаз, – мне страшно.

— Я понимаю…

— Вряд ли, – перебивает она. – Расскажи мне, какая я. Ты же видишь со стороны. Скажи мне. Пожалуйста. Мне очень нужна какая-то опора. Мой мир сейчас так сильно расшатывает, что я боюсь свалиться в бесконечную пропасть. Я семь лет отдала чудовищу, способному на насилие. Я любила чудовище, Фин! – её голос срывается на хрип.

Плачет.

В моей квартире сегодня все женщины плачут. Это жёстко.

Яра кусает губы и пытается спрятать лицо в волосах.

Бля, я не понимаю, как он мог взять её силой? Она же такая хрупкая. Такая нежная. Да она же боготворила его!

Внутри всё полыхает агрессией. Хочется взять автомат и прямо сейчас поехать расстрелять ублюдка в его собственной постели. Только потом меня посадят, и Яре некому будет помочь. Она заблудится и сломается без поддержки.

Встаю. Буквально сдёргиваю её со стула и очень крепко прижимаю к себе. Сплошной напряжённый ком, а не девочка. В ней не умещается вся та боль, что она сейчас испытывает. Рвётся наружу дрожью, слезами, рваными хрипами. Яра обнимает меня за пояс и стискивает в кулаках футболку. Скрипит зубами, чтобы не кричать.

Пусть плачет. Пусть… Главное, у неё хватило сил сбежать и добраться до меня.

Путаясь пальцами в её волосах, мягко массирую затылок, провожу по спине до самой поясницы. Снова вверх.