Книга Измена. Жизнь заново, страница 32 – Кира Фарди

— Нет, я не об этом. Но мы можем обсудить… я виноват, каюсь. Готов на колени встать, если тебе будет легче.

— Кто она?

— Дина, это неважно. Какая разница?

— Кто она?

— Дина…

Влад внимательно смотрит на меня, и я сбрасываю вызов, а потом вообще отключаю телефон.

— У вас вино есть?

— Найдем, – улыбается мажор.

Я захожу в его номер и замираю, он совсем не похож на спальню любовников. У стены стоит большой рабочий стол, рядом удобное компьютерное кресло. И везде папки, бумаги, ручки, карандаши…

— Что это?

Я показываю на все, что вижу.

— Это мой рабочий офис, – улыбается Влад. – Знаете, в тишине хорошо думается.

Я сажусь на диван, меня трясет. Сумочка падает на пол, и от внезапного грохота я подпрыгиваю.

— Тихо, тихо!

Влад насильно сует мне в руку бокал. Красное вино играет в лучах светильников разными оттенками, а мне кажется, что я вижу сгусток крови. И приступ тошноты поднимается к горлу.

— Я… я… не могу…

Я ищу, куда поставить бокал, но мажор выхватывает его у меня из пальцев.

— Понял, это не подойдет.

Он уходит к сервировочному столику и возвращается с бутылкой коньяка. Наливает немного в стакан и протягивает мне.

— Нет, это крепко.

— Как раз то, что надо, – он берет меня за локоть и подносит руку ко рту. – А теперь быстро… залпом!

И я глотаю. Крепкий напиток ошпаривает горло, растекается горячей лавой по крови. Я закашливаюсь, на глазах проступают слезы. Чувствую на губах что-то пронзительно кислое, аромат лимона бьет в нос.

— Это…

— Умница. А теперь откиньтесь на спинку и подышите. Просто подышите. Закройте глазки.

Я послушно выполняю просьбу Влада и действительно становится легче. Боль не уходит, но отступает куда-то в глубину тела и замирает в ожидании новой возможности показать себя во всей красе.

— Простите, – наконец выдыхаю я. – Не думала, что буду жаловаться постороннему человеку.

— Наоборот, хорошо, это синдром попутчика, – улыбается Влад. – Вы хотите порвать с мужем?

— Что?

Я смотрю на него, не понимая, смысл его слов доходит с опозданием.

— Нет… не знаю… сейчас ничего не знаю. Я сначала хочу стать независимой.

— Вы прекрасный художник, можете творить и продавать свои картины.

— Где? Выйти на Арбат? Или на рынок? Я совсем не знаю эту среду.

— Да, оценить настоящий талант могут только знатоки, – соглашается мажор и подливает мне в стакан коньяк.

— Вот именно! А сначала их нужно найти.

— Я вас понял, считайте, что место в моей компании вам гарантировано.

— Но в качестве кого? И потом, ваша компания находится в том же здании, что и офис моего мужа. Я не хочу, чтобы он знал об этом. Глеб не успокоится, пока не разнесет все вдребезги.

— Он такой грозный?

— Нет, он не станет действовать кулаками. У него в руках более мощный инструмент. Парочка негативных статей – и с вашим бизнесом будет покончено.

— Дина, не волнуйтесь, я не настолько слабый соперник, – неожиданно улыбается Влад.

— Рассчитываете на помощь семьи?

— Мне и рассчитывать не приходится: она сама вмешается, как постоянно вмешивается в мою жизнь. В этом мы с вами похожи.

Влад улыбается, поднимает стакан.

— У вас подростковый бунт не закончился? – вымученно улыбаюсь я и тоже делаю глоток.

— Отчасти. Например, бабуля хочет, чтобы я женился на дочке ее бизнес-партнера.

— А вы?

Я показываю глазами на след от кольца.