Книга Корсиканские каникулы, страница 3 – Виолетта Рей

Она не заметила, кто из них первым сделал шаг, но секунду спустя их губы соприкоснулись. Поцелуй был таким естественным, словно они уже сто лет знакомы. Где-то на задворках сознания вспыхнула мысль: «А ведь мы знакомы всего несколько дней…» Но Марина тут же отбросила это сомнение: в конце концов, жизнь слишком коротка, чтобы прятать чувства за семью замками.

Вечером они вернулись в отель. Шум прибоя за стенами комнаты укачивал, словно колыбельная. Марина сидела в своей постели, обняв колени и глядя в открытое окно.

На душе творилась непонятная смесь волнения и радости. Она вспомнила недавний поцелуй у скал, искренние слова Жана-Поля, его лёгкую, почти мальчишескую улыбку, которая вдруг вызвала в ней ощущение уюта и тепла.

И тут же на ум пришёл вопрос: а что дальше? Отпуск не бесконечен. У неё в Москве работа, жизнь, привычные декорации. А здесь – всего несколько недель… Не слишком ли это похоже на курортный роман, что бывает у туристов? Впрочем, такое сравнение резануло её по сердцу: ведь то, что она чувствовала к Жану-Полю, было сильно и отнюдь не поверхностно.

Но ответа пока не находилось, и девушка решила оставить эти мысли на потом.

На следующий день он пригласил её на рыбалку: «Встанем ни свет ни заря и отправимся в море. Посмотришь на наш остров со стороны воды». Марина согласилась, хотя вставать до восхода солнца было совсем непривычно. Но, увидев, как на фоне первой розовато-золотистой полоски неба лёгкая лодка скользит по серебристым волнам, а чайки кружат над волнами в ожидании улова, она поняла, что никогда в жизни не видела ничего прекраснее.

Жан-Поль показал ей, как опускать сети, в каких местах рыба водится обильнее. Море дышало размеренно и негромко, укачивая и наполняя воздух солёной свежестью. Они много шутили, разговаривали о привычках русских и корсиканцев, сравнивали блюда двух кухонь, смеялись над тем, какие разные они, и в то же время как сильно похожи: ведь обоим дороги простые радости жизни, свобода и красота вокруг.

Когда возвращались, улов был небольшим, но для их счастливых улыбок хватило бы и одной рыбёшки. Жан-Поль распорядился, чтобы эту рыбу приготовили в отеле специально для Марины. И вечером они ужинали, смеясь, как старые друзья, которых связывает не только еда, но и новые чувства, выросшие стремительно, словно цветы на плодородной почве.

Дни пролетали с умопомрачительной скоростью. То они исследовали древние руины, где ветер шептал забытые легенды, то пробирались вглубь острова, где спрятаны крутые горные тропы, ведущие к чистым водопадам. Жан-Поль рассказывал Марине истории о своих предках, которые веками жили на Корсике, а она поведала ему о своём детстве, о мечтах когда-то стать художницей и о том, как жизнь сама заставила её пойти другим путём.

И всё же в конце концов настал день, когда путёвка Марины подходила к концу. Вечером она сидела в саду отеля – с одной стороны виднелось море, а с другой тянулся горный хребет. Теплый ветер ласкал ей волосы. Жан-Поль подошёл к ней и тихо спросил:

— Завтра твой последний день здесь?

Она кивнула, испытывая острый укол боли в груди.

— Я отвезу тебя в порт, – продолжил он. – Если ты… действительно хочешь уехать.

— Что значит «если»? – Марина посмотрела ему в лицо, пытаясь понять, скрывается ли за его словами надежда.