Книга Снегурочка без определенного места жительства, страница 9 – Соня Мишина

— Каменная горка, семнадцать, второй подъезд, — подсказал я.

— Да. До железнодорожного вокзала, — сообщила девчонка диспетчеру и тут же переспросила: — Через час? А раньше никак? Хорошо, тогда через час…

Сбросила вызов. Положила телефон в карман своей голубой атласной шубки, взглянула на меня растерянно:

— Такси будет не раньше, чем через час. Все машины заняты.

— Ты куда-то уезжаешь? Во сколько у тебя поезд? — мысль о том, чтобы отпустить девчонку, позволить ей уехать, раздражала, даже злила все больше. Я-то надеялся, что увижу Киру снова уже нынче вечером. — И как ты поедешь? Тебе же даже переодеться не во что!

— У меня все вещи там. В камере хранения.

— Все? — зацепился я за новые сведения. — Собираешься насовсем уезжать? Ты же говорила, что учишься в университете.

Чем дальше, тем больше я понимал, что моя Снегурка пытается что-то скрыть. Только врать и выкручиваться совсем не умеет. Вот и сейчас: обмолвилась ненароком, а когда я поднажал — опустила голову, порозовела, но признаваться не торопилась.

— Кира, пожалуйста, доверься мне, — обратился к ней, стараясь говорить как можно убедительнее. — Если у тебя какие-то трудности, я постараюсь помочь!

— Вы и так уже помогли мне, Никита Алексеевич, спасибо вам! — девчонка явно обрадовалась поводу сменить тему и не отвечать на мои вопросы. — Вы очень душевный и щедрый мужчина! Но мне бы не хотелось навязываться вам и вашим родственникам, все-таки я — чужой человек…

Вот так взяла — и припечатала. Можно сказать, ведро ледяной воды за шиворот вылила. Я даже поежился невольно от ощущения мороза по спине. Ну какая она мне чужая, если я ее на руках носил — первую девушку за десять с лишним лет? Если у меня все внутри оживает от одного ее прикосновения?

— Так для того люди и знакомятся, проводят вместе время, общаются, чтобы перестать быть чужими! — я, кажется, даже зарычал на малышку.

Она отступила на шаг. На открытом личике смущение сменилось испугом пополам с удивлением:

— Но… Вы сказали, что вам просто Снегурочка нужна. На вечер. Для племянника, — принялась оправдываться, запинаясь чуть не на каждом слове.

— Кира, — я старался говорить по возможности мягко, хотя внутри все закипало от недовольства и обиды. — Кого ты сейчас видишь перед собой? Мальчика Алешеньку четырех лет от роду?

— Н-нет… Вас…

— Кого — вас? Деда Мороза?

— Вас — Никиту Алексеевича, — по-прежнему не понимая, о чем я пытаюсь сказать, покачала головой девчонка.

— Вот и я, Кира, вижу перед собой не Снегурочку, а очаровательную девушку, которой явно некуда идти. Мне эта девушка очень нравится, и я хочу помочь ей, но она почему-то отказывается, отталкивает меня изо всех сил! Почему, Кира? Я тебе настолько не симпатичен?

На длинных пушистых ресницах девчонки выступили слезы. Она пару раз моргнула, не отводя взгляда, вздохнула судорожно. «Похоже, перестарался. Она все-таки не акула бизнеса, с техникой жестких переговоров не знакома, а я тут прессую малышку по полной», — отругал сам себя. Стало стыдно, захотелось загладить вину, утешить девчонку. Но она собралась с духом и заговорила первой, отвечая на вопрос:

— Вы хороший, Никита Алексеевич. И внешне очень приятный. Только слишком взрослый и серьезный.

— Слишком взрослый, значит? — хорошо, хоть стариком не обозвала.