Книга Твоя погибель, страница 1 – Cherry Cobbler

Комментарий к Схождение миров

Да я начала писать это, как часть летних ОтМеток. Но что ж поделать. Я хотя бы её закончила смотрит на недописанную гору частей и фанфиков

Вы должны прикасаться к ней так, будто кожа не ее бедрах составляет смысл вашей жизни, отпускать ее так, будто вырываете сердце из груди, притягивать назад так, словно хотите признаться в любви прямо сейчас, здесь — на танцполе, и заканчивать танец так, будто ваша жизнь закончилась вместе с ним.

Полина — «Давайте потанцуем»

Рейес расслабленно наблюдал за Эггси. Ей невероятно шло это сверкающие от пайеток и кристаллов платье. Оно было настолько неуместно на этом вечере, насколько беспардонно было бы привести уличную псину на королевскую выставку собак.

Это определенно была лучшая идея Мерлина. Во-первых, всё внимание доставалось юной Анвин, а Рейес мог заняться кражей, во-вторых, Эггси не нужно было ничего играть, достаточно быть собой, что облегчало ситуацию, потому что птичка ненавидела строить из себя примерную леди. И было ещё, в-третьих, великолепное, прекрасное и соблазнительное в-третьих. Это облегающие, струящиеся платье открывало прекрасный простор для фантазии.

Эггзи двигалась так, будто была рождена для того, чтобы ходить по подиуму, ловко маневрируя между гостями и развязно улыбаясь. Она пленяла, привлекала внимание и, Рейес был готов поставить всё своё состояние, что все эти напыщенные аристократы не могли отвести от неё взгляда. В Эггзи бурлила эта уличная и развязная энергия, свойственная Рио. А когда твою жизнь составляет строгий свод правил, указывая с кем жить и даже, как трахаться прелюбодействовать — рано или поздно тебе захочется оказаться на Baile funk. Чувствовать, как музыка пронзает тело и ведёт его, ведёт, и танцевать до самого рассвета, прижимаясь к незнакомцу.

Рейес был очень не против оказаться таким незнакомцем для Эггзи. Если бы, конечно, Артур выпустил её из-под своего всевидящего ока, что было плюс-минус нереально. Рейес уж не знал, чем именно он так не полюбился занудному англичанину, с учётом того, что наглая Эггзи была вечной любимицей, но он буквально чувствовал эти отцовско-презрительные эманации в свою сторону. Да и Мерлин не покидал их даже после того, как миссия была закончена, продолжая досаждать, сбивая весь нужный настрой.

А Эггзи, кажется, всё это прекрасно видела, загадочно улыбалась и ничего не делала. Её ореховые глаза смотрели так, что Рейесу тут же хотелось положить весь мир к её ногам, но он лишь протягивал руку, помогая выйти из машины (А что? Он вообще-то джентльмен, и Ваш смех неуместен, Мерлин). Она будто чего-то ждала, приближалась, чтобы тут же отпрянуть, смеялась, запрокинув голову, такая довольная и искренняя, что у Рейеса что-то ёкало в груди.

Он не вчера родился и знал, что делать, когда женщина его дразнила, завлекала, а после улыбалась так соблазнительно. Знал. А Гарри Харт знал, как пресечь всё это на корню.

«Тоже мне, папочка выискался», — чертыхался Рейес, понимая, что эта шахматная партия на троих порядком затянулась, а он только и мог, что избегать мата. Стоило бы сдаться и выбрать более реальную цель, но Эггзи снова улыбалась, манила его своими красивыми ручками (которыми также умело сворачивала шеи), и он шёл, как привязанный, заворожённый.