Книга Лотерея соблазна, страница 46 – Синтия Обин

Престон вскочил и принялся надевать мятую одежду. Тиффани повернулась и потянулась, широко зевнув.

— Который час? — спросила она.

— Девять тридцать, — ответил он, запихивая рубашку в джинсы. Застегнув ремень, повернулся и оглядел себя в зеркало. Он выглядел именно таким, каким был — человеком, которому предстоит обернуть неприятное происшествие на пользу семье.

— Ого! — Тиффани поднялась на локтях. — Не может быть, чтобы я так долго проспала.

— Может. — Престон наклонился и поцеловал ее в лоб. — Извини, мне пора бежать.

Тиффани посмотрела на него с беспокойством:

— Все в порядке? Причина, надеюсь, не в том, что произошло вчера?

— Вовсе нет, — уверенно ответил Престон, хотя сомневался, что сказал правду. Его затуманенный сексом и сном мозг пока не работал в полную силу, произошедшее еще предстояло осознать.

Единственное, что он знал твердо с самого начала их отношений, — что с каждой секундой они приближаются к обрыву, шанс на то, что все закончится хорошо для обоих, минимален.

— Я опаздываю на важную встречу в клуб скотоводов. — Он наклонился, поднес к губам ее руку и положил обратно на плед. — Я позвоню позже.

Тиффани такое объяснение не устроило.

— Ты придешь вечером?

— Конечно, — заверил он, — и принесу ужин.

— Пожалуйста, не надо. Мама забила мне холодильник, боюсь, что половину придется заморозить.

Сказанное было похоже на протянутую оливковую ветвь, и он не мог не принять ее.

— Хорошо. Я позвоню с дороги.

— Да, — кивнула она.

Печальный тон вызвал приступ недовольства собой. Он совсем не хотел уходить вот так. Неприятно видеть тревогу в глазах Тиффани. А ведь он должен не убегать сейчас, а готовить ей завтрак и принести в постель. А потом убедить, что произошедшее вчера не было случайностью и ошибкой. Но приходится уходить, так и не предоставив Тиффани никаких гарантий.

Через тридцать минут Престон входил в Техасский клуб скотоводов с каплей пота на лбу и смущенной улыбкой на лице. Всю дорогу, чтобы заглушить страх получить штраф за превышение скорости, он репетировал речь с извинениями. Все слова вылетели из головы, когда он вошел и увидел отца под массивной люстрой из рогов. Он выглядел так… скажем, был рад видеть сына.

— Смотрите, кто появился, — пробурчал он, оглядел Престона с головы до ног, и взгляд его потух. — А я-то думал, за вчерашний день ты успеешь отдохнуть и подготовиться к переговорам.

Ах, теперь ясно. Понятно, откуда такое воодушевление — отец решил, что причина того, что он исчез с приема, — Санни. Более того, из-за нее он на следующий день не явился в офис.

Престон расправил плечи:

— Мне очень жаль, папа, что так вышло с приемом и прочим. Я собирался с тобой поговорить, но…

— Вы готовы начать? — В дверях одного из залов для переговоров возник Джек Чоудри. На нем были безупречно сшитый темно-синий костюм, белоснежная рубашка и синий шелковый галстук, из-за увиденного Престон почувствовал себя так, будто вылез из канавы.

— Сейчас идем, — ответил отец и, дождавшись, когда Джек скроется за дверью, перевел взгляд на Престона: — Не волнуйся, сын, всем нам случалось являться на встречу после вечера в приятной компании, надеюсь лишь, что это не войдет у тебя в привычку.

Фернандо похлопал его по плечу, развернулся на каблуках и направился в зал переговоров. Прием, оказанный присутствующими там Престону, был еще прохладнее. Во главе стола сидел Джозеф Уинтерс, по одну руку — Маркус, по другую — Алиша. Джозеф походил лицом на одну из статуй, что установлены на острове Пасхи, он мрачным взглядом следил за Престоном, севшим рядом с отцом с другой стороны стола — эти места, очевидно, были уготованы Дель Рио.