Книга Алый трон, страница 36 – Эми Лиоу

Поскольку в этот час меня не должны видеть нигде, кроме библиотеки, я продолжаю читать «Сказание о Ташми». Это одна из моих любимых сказок, к которой в трудную минуту я возвращаюсь снова и снова, несмотря на ее печальный финал. На последней странице изображена фигура без лица, пронзенная копьем Нарду. Примечательно, что фигура полностью белая, в то время как боги раскрашены яркими, загадочными цветами.

Когда боги обнаружили Ташми, они пришли в ярость. Они изгнали Ташми в Дуну, где все – отражение нашего мира и все верх ногами. Боги привязали Ташми к вершине горы – гора перевернулась, и острие пронзило Ташми живот. Безликое существо было забыто людьми, которые некогда его любили. Его жизнь наполнилась болью и мучениями, ибо таково было возмездие богов, которым оно пыталось подражать.

Мои губы презрительно кривятся. Меня не забудут, даже если боги существуют только ради того, чтобы обрушить возмездие на мою голову.

Наступает ночь, тени наползают на солнце, заглатывая землю в свое чрево. Я кладу руки на подоконник, так сильно цепляясь за раму, что костяшки пальцев белеют. Обычно темнота меня лечит; сегодня лекарство отравляет мой желудок и железной хваткой сжимает сердце.

Я делаю глубокий вдох, готовясь к нападению, которое, несомненно, последует, когда я выпущу Илама…

Боль пронзает, как будто меня выдавливают изнутри. Я стискиваю зубы, чтобы удержать вопль. Моя кожа дымится. Со смешанным чувством ужаса и восхищения я смотрю, как капает и стекает на пол моя кровь. Неужели это оттого, что я слишком долго держала Илама взаперти?

Передо мной возникает силуэт. Жилистый хвост, мягкие шерстяные лапы, горящие серебристые глаза. Илам. Он здесь. В реальном мире.

— Привет, Бинса, – говорит он, сверкая клыками.

Если раньше он доставал мне до середины икры, то теперь размером с молодого леопарда. Демон ступает по воздуху, его лапы находят невидимые опоры. От тела поднимается фиолетовый дымок и застилает мне глаза.

Боль не стихает.

— Видишь, что ты натворила, дорогая Бинса? – мурлычет демон.

От его тона у меня чуть сердце не останавливается. Он дружелюбный и, если на то пошло, добродушный, ни следа злобы или гнева.

Я предпочла бы, чтобы он на меня наорал.

— Тебе известно, что управлять демоном невозможно. – Илам нарезает вокруг меня медленные, обдуманные круги. – И все же ты попыталась стереть меня, когда я был с тобой связан. Будь я низшим демоном, я бы уже сгинул. К счастью для тебя, я не низший демон. Или к несчастью. И я не в восторге от подобного обращения.

Я забываю про боль. Леденящий ужас наполняет жилы.

Демон замолкает, упиваясь моим страхом. Морда странно искривляется, как будто он пытается улыбнуться.

— Зачем ты это сделала?

— Я… я не понимала, что творю, – бормочу я. – Мне было так невыносимо, я просто должна была это остановить!

Демон хохочет. Его мелодичный смех напоминает Кавитин. Чтобы прогнать дрожь, я обхватываю себя руками.

— Пожалуйста, – шепчу я, ненавидя себя за слабость. – Пожалуйста, поверь мне.

— Знаешь, почему я служил Кавите? Она не боялась смерти. А вот меня боялась. – Голос демона разносят сквозняки. – И она обладала могуществом, несравнимым с твоим. Легко проникала в чужой разум, чтобы им управлять. Она понимала, что у людей на сердце, и умела расположить их к себе.