Книга Клинки города ярости, страница 143 – Юлия Арвер

Когда гости нестройной вереницей потянулись на задний двор, Дан незаметно ускользнул. Мы с Тиром так и не поняли, как он умудрился исчезнуть. И только взгляд Иссура выдавал направление, в котором отправился его друг. Он будто бы равнодушно, но на деле взволнованно следил за спинами гостей, не выискивая Дана, а зорко наблюдая за ним.

— Пойдемте отсюда. Мне уже дурно от этого унижения, – буркнул Тир, отчего Иссур отчетливо фыркнул. – А ты даже не думай открывать рта. Я знаю всю желчь, которую ты собрался выплюнуть мне в лицо. – А это уже только брату.

— Я всего-то хотел сказать, что добровольно пошел на это унижение вместе с тобой.

— Не со мной, а с дружком навиром. Это большая разница.

В голосе Тира мелькнула явная горечь, отчего Иссур как будто бы оскорбленно отвернулся. Мне вдруг вспомнились слова воеводы при нашем первом разговоре. Он никогда не желал смерти младшему брату, как и младший никогда всерьез не думал сводить Тира в могилу. Чтецы тела заявляли, что намерений убить брата у Иссура не было, но при этом он старался не задумываться, куда же тот денется, когда потеряет должность воеводы. Иссур и вправду малодушно надеялся, что Тир с позором бежит куда-нибудь за море, и никогда больше их дорожки не пересекутся. Помнится, я расхохоталась от наивности мечтаний такого, казалось бы, закоренелого циника.

Братья больше не перекинулись и словом, пока мы пробирались сквозь толпу, стараясь не привлекать к себе внимания. Однако, несмотря на все усилия, у огромных дверей храма нас уже ждали трое солдат Первой стражи, а это была именно стража – я видела их суть так ясно, как изо дня в день – собственное отражение в зеркале.

— Его Императорское Высочество велел сопроводить вас прочь из дворца, – равнодушно, без единой интонации в голосе возвестил тот, что держался впереди – наверняка главный в их маленькой группе.

Лицо Тира вновь вспыхнуло от унижения, Иссур же иронично усмехнулся и проронил:

— А я уж успел отвыкнуть от конвоя. Не стоило так быстро забывать пленительное ощущение бесправия. Бить хоть не станете?

— Не хватало еще руки марать, не беспокойтесь, – ответил тот же солдат, отчего кулаки Тира зловеще сжались. Ухмылка Иссура осталась на месте, лишь ожесточился взгляд.

— Разве на них еще осталось чистое место?

Я, не стесняясь, наступила ему на ногу, вынуждая замолчать. Не хватало еще, чтобы уверенная в собственной безнаказанности Первая стража скрутила нас, как преступников. Я планировала провести сегодняшний вечер рядом с Амиром, а не в темнице, где пытали пленников.

Нас бесцеремонно выставили за ворота, не вымолвив больше ни слова.

— Псы облезлые. Как же я их ненавижу, – прорычал Иссур.

— О, Владыка, есть хоть кто-то, кого ты любишь? – фыркнул Тир, отчего брат одарил его печальным взглядом, сокрытым за суровостью.

— В нашей семье мы оба ущербные: ты любишь многих, а я – никого.

С этими словами Иссур отмахнулся от Тира и быстрым шагом устремился к условленному месту встречи – магазинчику сладостей неподалеку от Площади единства. Отчего-то именно он первым пришел на ум Дану.

Когда перед нами возникла красочная витрина, разрисованная разномастными конфетами и тортами, Тир внезапно выпалил:

— Помню, как однажды встретил тебя в этом магазине. Ты накупил столько сладостей, что они не помещались в руках. Все это было для Дана. Со мной ты даже не счел нужным поздороваться. Презрительно прошел мимо, будто я не стоил и толики внимания, как дворовой пес.