Книга Клинки города ярости, страница 130 – Юлия Арвер

Несколько Беркутов во главе с Ансаром дернулись, чтобы защитить Иглу. Даже Реф завис над ее головой и угрожающе ощерился.

— Поосторожней, недовоевода. Игла лечит Дана. Без нее он бы истек кровью и умер прямо на этом диване. Ты все еще желаешь, чтобы она отошла? Неужели вылечишь сам силой своего гнева? – разнесся по гостиной равнодушный голос Эрдэнэ.

Сам он обнаружился в дальнем кресле, у окна, и выглядел так, будто вообще не понимал, как здесь оказался. Я невольно перевела взгляд на его губы, расплывшиеся в снисходительной ухмылке, и поспешно отвернулась. В темноте ночных улиц у меня получалось забыть о стыде, но сейчас, при свете множества ламп, его губы служили живым свидетельством моей глупости и слабости.

Иссур перевел глаза на руки Иглы, которыми та водила над Даном, на Рефа, что в тот же миг расплылся над телом его друга теневым пятном, и тяжело рухнул на колени. Эта сцена оказалась столь неожиданной для каждого, что в гостиной воцарилась пугающая, мертвая тишина. Иссур опустил голову и замолчал. Если бы я не знала, что у младшего Ак-Сарина нет ни сердца, ни совести, то решила бы, что он плачет.

Но вот его рука дернулась к щеке и быстро утерла ее, чтобы никто не заметил, но заметили все. Неужели Иссур и вправду умел плакать?

— Ты спасешь его? Как там тебя? – сдавленно пробормотал он.

— Меня зовут Дания. Спасу, если уберешься отсюда и перестанешь раздражать своим лицом, в которое я так мечтаю плюнуть, – не отвлекаясь, огрызнулась Игла.

И Иссур убрался подальше. Молча. Послушно, будто слуга. Замер поодаль, не обращая внимания ни на кого из нас, словно в гостиной остались лишь он, Дан и Игла. Я пораженно наблюдала за тварью, в которой, как оказалось, сохранились человеческие чувства. Все же в топком болоте его души Дану отводилась добрая половина, если не все ее беспроглядные топи.

— Амаль, принеси из нашей спальни мою сумку с настойками, – распорядилась Игла, не отрывая взгляда от тела Дана. Ее лицо посерело и в свете ламп казалось почти мертвым, но она упрямо держалась, отдавая остатки сил.

Я послушно вскочила с колен и бросилась выполнять просьбу, облаченную в приказ. У лестницы топтался Тир и, судя по всему, пребывал в отвратительном расположении духа. Завидев меня, он дернулся навстречу и поджал губы.

— Ничего не хочешь мне объяснить, Амаль?

Я мотнула головой и упрямо обогнула его, однако Тир властно схватил меня за локоть, не позволив уйти.

— Ты сбежала на всю ночь вместе со своим ручным демоном, зная, что где-то рядом бродит Амир, который непременно снова попытается тебя убить. Оказывается, только я так тебе противен, а Эрдэнэ – отличный кандидат на ночь с великой Амаль Кахир. Ради него ты готова пожертвовать даже собственной безопасностью.

Я дернулась из хватки, но Тир держал крепко.

— Отпусти меня сейчас же. Игла попросила настойки для Дана. Если я их не принесу, смерть навира останется на твоей совести, воевода. Без него мы не попадем к Златояру.

— Плевать мне на Златояра. На кой хрен нам сдалась эта встреча, если ты ведешь себя так, будто стремишься умереть? – На лице Тира появилось знакомое выражение властного правителя. Так он смотрел, прочтя в моих мыслях все, что искал. – Какой смысл мне ввязываться во все это, если ты играешь по своим правилам, ни с кем не считаясь?