Книга Демоны города масок, страница 190 – Юлия Арвер

Герш сглотнул и уставился на меня с неприязнью. Еще один из тех, кто меня возненавидел. Всего лишь еще один.

— Вы недостойны своего великого отца, – наконец процедил он.

— В семье не без урода, – ответила я и беззастенчиво хохотнула.

Слепая вера Герша в Мансура забавляла меня до глубины души. Их великий глава подложил любимую женщину под другого мужчину, чтобы выдать своего ребенка за байстрючку воеводы, а после двадцать лет наблюдал за тем, как его дочь унижают. Воистину великие деяния! Хоть и во имя великой цели.

— Я буду ждать вас через десять дней. Можете взять с собой кого-то из своих прихлебал. После ритуала вам будет хуже, чем сегодня, но тащить вас на руках я больше не стану. Мне противно прикасаться к той, кто не доверяет собственному отцу.

— Можешь считать меня недостойной Мансура, наглой интриганкой, да хоть демоном из преисподней. Тебе нужен Аждарха, и мне нужен Аждарха. Мы на одной стороне. Хоть ты пока в это и не веришь.

И ведь он не верил. А я попросту не хотела крови. Больше никто не вынудит меня пролить ее больше, чем нужно. Пусть ненавидят и плюют мне вслед. Это я как-нибудь переживу.

* * *

Я рухнула на мраморный пол и больно ушибла правый бок. Мокрая одежда липла к коже, а холодный пот струйками стекал по спине. Сама не знаю, как сумела добраться до своих покоев в Адраме. Огненный коридор, по которому я едва переставляла ноги, показался бесконечно длинным и жарким, словно сама преисподняя.

— Эй, ты чего? – Голос Иглы, в котором мимолетно скользнуло беспокойство, помог мне удержаться в сознании. Комната кружилась и даже прыгала перед глазами, а пол вдруг показался периной, на которой хорошо бы прикорнуть хоть на минуточку. – Эти одержимые никогда мне не нравились. И ритуалы у них такие же ублюдские, как они сами.

С этими словами Игла с кряхтением помогла мне подняться и взвалила мою руку себе на плечо.

— Ты же вроде худая. Откуда столько веса? Костей в тебе, что ли, больше, чем нужно? – бубнила она, подтаскивая меня к кровати.

— Во мне много злости. Она тяжелая, – огрызнулась я.

— Ну тогда я попросту неподъемная. Злости во мне хоть отбавляй.

Игла со вздохом облегчения сгрузила меня на кровать и даже, ругаясь сквозь зубы, помогла разуться. А после устремилась к комоду и резко выдвинула ящик с лекарствами. Баночки жалобно звякнули, падая и перекатываясь. Игла схватила один из пузырьков и велела выпить. Знакомый вкус бодрящей настойки Гаяна отдался на языке едва уловимым привкусом кинзы. Я сморщилась, но осушила пузырек до дна.

Игла бесцеремонно уселась на кровать и подобрала под себя ноги. Благо, хотя бы догадалась сбросить сапоги.

— Я побывала в Даире и побродила по улицам. Сумела отыскать парочку прикормленных Мансуром попрошаек и выяснила, что город гудит от двух новостей. Первая: чуть меньше чем через месяц в Даир прибудет цесаревич. Он и проведет церемонию вступления в должность воеводы. Твой братец займет свое место уже законно.

— А почему прибудет цесаревич, а не император? – изумилась я.

— Поговаривают, тот совсем плох. Никогда еще старик-император не отправлял вместо себя сына. Он жаден до власти и ни с кем ее не делит. Значит, попросту не способен приехать сам. Нам было бы на руку, если бы он скопытился по дороге. Желательно, со всеми своими детишками.