Книга Демоны города масок, страница 119 – Юлия Арвер

— Похлебка есть, – отозвался тот. – Сейчас в печь поставлю, пущай подогреется.

— И ты поешь, – велел Наве Эрдэнэ и добавил, не обращая внимания на ее протест: – Иначе я накормлю тебя через силу. Зеленая вся, как труп!

Усевшись напротив ведьмы, я наконец рассмотрела ее получше. Молоденькая, но, возможно, чуть старше меня, хотя при первом взгляде показалась мне совсем девчонкой. На бледном лице проступала тень от синяка под глазом, а на губе виднелась почти зажившая ссадина.

— Тебя били? – осведомилась я резче, чем требовалось.

Нава едва заметно кивнула, но потом добавила:

— Когда пропал тот, кого я убила, его дружки заподозрили меня и явились мстить. Навиры помогли мне, дали мазь. Она заживила мои раны.

— Они знали, что ты убийца, но помогли? – изумилась я.

— Нет, они думали, что он пропал так же, как другие. Я рассказала правду только одному, когда он схватил меня в лесу.

— Как же ты вырвалась? Эти стервятники свою добычу не упускают.

— Он отпустил меня и прикрыл тенью, чтоб не увидел напарник.

— Тенью? – Ребра будто бы уменьшились и сжали мою грудь клещами.

— Да, навир оказался лихомором. Уж он-то понимает, как плохо мне жилось в деревне. Их тоже все боятся и шарахаются, как от бесов. Нет слов, чтобы описать, как я ему благодарна!

— Лихомором, говоришь? – пробормотал Эрдэнэ и перевел на меня тяжелый взгляд. – Какой замечательный навир. Просто герой. Отпустил невинную девушку. Сам того не зная, отработал свое спасение.

Я промолчала, отведя глаза. Предатель был полон неожиданностей и загадок. Он же навир до самых потайных уголков души, но добровольно отпустил ведьму, место которой по их законам на рудниках. Почему он это сделал? Неужто пожалел бедняжку? Может, осталось в нем что-то, не испоганенное навирами?

Вскоре Герш поставил перед нами три глиняные миски с пахнущей капустой похлебкой, и только тут я почувствовала, что зверски голодна. Правда, взять в руки деревянную ложку у меня так и не получилось.

— Герш, будь добр, позови вашу знахарку. Пусть принесет мазь от ожогов. У Амаль Мансур болят руки, – велел Эрдэнэ.

Глава общины присмотрелся к моим алым ладоням и ужаснулся.

— Вот какую плату берет с вас магия, – буркнул он и торопливо выскочил на улицу.

— Могу вас покормить, если позволите, – с издевкой предложил Эрдэнэ.

— Замолчи. И ешь.

Нава улыбнулась, склонившись над тарелкой, а у меня в груди кольнула непрошеная ревность. Предатель предстал перед несчастной ведьмой героем, а я отчего-то скрипела зубами, хоть это и до смешного глупо.

Вскоре Герш вернулся вместе с сонной молодой девчонкой, тощей и густо усыпанной веснушками. Медная коса выглядывала из-под большого серого платка, которым девица не только прикрыла голову, но и повязала вокруг талии вместо безрукавки. Она семенила за главой общины, прижимая к себе баночку с мазью и моток чистой материи для перевязки. Увидев нас, девица торопливо склонила голову. Даже не знаю, кого она испугалась больше: меня или Эрдэнэ. Взгляд незнакомки с любопытством скользнул по Наве.

— Это Лея, наша местная знахарка, – представил ее Герш.

Она поспешно опустилась передо мной на колени и открыла баночку с мазью. До моего нюха донесся незнакомый запах трав. Мазь умиротворяла ожоги холодом. Лея обращалась с моими ладонями так бережно, словно они того и гляди разобьются, как хрусталь. Когда она закончила с перевязкой, я с тоской подумала о предстоящем бале. Придется вновь надевать перчатки.