Книга Змеи города роз, страница 95 – Юлия Арвер

— Вы узнали меня? – изумился Ингар.

— Ты очень изменился за прошедшие годы, а твой помощник – нет.

Реф тихонько фыркнул, горделиво вскинув голову.

— В нашу первую встречу он показался мне и поблагодарил за помощь. Такое занятное… существо трудно не запомнить.

— Я попросил бы. «Существо» звучит оскорбительно. Я предпочитаю называться тенью или мороком, – влез Реф, зависнув перед лицом Мауры.

— Кто-нибудь потрудится объяснить мне, что происходит?! Откуда вы знаете друг друга?! – рявкнула я, окончательно перестав что-либо понимать.

Маура неодобрительно покосилась на меня, наверняка мысленно пожурив за несдержанность, но ответила:

— Ты должна помнить маленького лихомора, которому я помогала усмирять его силу.

— Ты – сын пекаря, который приносил нам хлеб? – изумленно спросила я, таращась на Ингара во все глаза. – Тот, кто чуть не сжег его дом?

Миреец слабо кивнул и отвел взгляд.

Память услужливо воскресила смутный образ тощего черноволосого мальчишки, изредка приносившего хлеб вместо отца. Он неизменно тепло улыбался Мауре, на меня же смотрел, набычившись. За это я его и недолюбливала, отчего кривлялась из-за спины матери каждую нашу встречу. Однажды Маура упомянула, что пекарь просил ее усмирить разрушительную магию сына, но через пару лет выгнал мальчика взашей. Только звали его не Ингар…

— Как тебя зовут на самом деле? – процедила я и вновь зажгла огонь на ладони.

— Амир, – буркнул солдат, смерив угрюмым взглядом пламя в моей руке. – Амир Таян. Когда отец выгнал меня, а совершенно чужой человек принял в семью, я отказался от прежнего имени и с тех пор ношу новое – традиционное для Миреи.

— Ты скрыл свое настоящее имя, умолчал о Рефе и о том, что ты лихомор. Не многовато ли тайн, Амир Таян? – процедила я и подбросила огонь вверх – он стал слишком обжигающим.

— Уверен, на моем месте вы поступили бы так же. Лихоморов сторонятся испокон веков, поэтому мы вынуждены скрывать свою сущность. Разве вы впустили бы в дом человека, которому под силу сровнять его с землей?

Я задумчиво молчала, но Ингар предугадал мой ответ.

— И я бы не впустил. Поэтому всю свою жизнь я лгу, что властен только над тенями.

— Если бы не Маура, ты бы так и не признался? – мой вопрос прозвучал по-детски капризно.

Ингар неопределенно пожал плечами, но отвечать не стал.

— Хватит пустой болтовни. Вам нужно уходить, пока хозяин леса не передумал, – прервала нас Маура.

Честно говоря, я была только рада унести ноги из Нечистого леса, уткнуться носом в подушку и подумать о событиях прошедшего дня наедине с собой. Сейчас же не осталось сил ни на гнев, ни на обиду, ни на страх.

Я попыталась забросить руку Ингара себе на плечо, но тот мягко отстранился. Что ж, раз отверг помощь – больше не предложу.

— С двадцатилетием тебя, дочка. Подумай над моими словами, – напоследок произнесла Маура. – А ты, маленький лихомор, береги ее. Ты – мой должник, не забывай об этом.

Ингар кивнул ей на прощание и грустно улыбнулся. Похоже, встреча с моей матерью всколыхнула в нем горькие детские воспоминания.

Я повела мирейца за собой, освещая путь огнем, которым всего пару минут назад ему угрожала. Реф летел за нашими спинами и хранил молчание. Ингар кое-как переставлял ноги, поэтому шли мы медленно, то и дело останавливаясь.