Книга Змеи города роз, страница 80 – Юлия Арвер

* * *

— На пару часов ты свободен. Амаль Кахир будет окружена отрядом, поэтому твоя помощь пока не понадобится, – вкрадчивый голос Беркута вывел меня из полудремы, в которую я впал незаметно для себя самого.

Из открытого окна ласково пригревало солнце, отбрасывая причудливые тени на каменные стены песочного цвета, и дотянулось даже до того закутка, в котором притаился я. Морок давно пришлось отпустить, чтобы его поддержание не выпило из меня остаток жизненных сил.

Беркут покинул комнату Амаль вскоре после нежданного визита Арлана. Он горделиво сообщил, что наместница спустила мне непозволительную дерзость лишь потому, что я незаслуженно пострадал от ее рук. Командир посоветовал мне не будить лихо и в следующий раз откусить себе язык самому, пока не откусили другие. Я сделал вид, что внял его словам.

Еще через час объявился Реф. Голосом, истекающим едким ядом, он рассказал, что к отцу Айдан не пошел и от бессильной злости опустошил бутылку настойки, даже не потрудившись найти закуску. Наследник воеводы костерил Амаль на чем свет стоит, обещал отомстить злобной твари и обзывал себя последними словами за трусость перед ее фокусами.

Я с готовностью сдал Беркуту свой незавидный пост и направился прочь, с удовольствием разминая затекшее тело. Солдатский корпус встретил меня уже привычным гамом, доносящимся из обеденного зала. Завтрак в самом разгаре.

Перепрыгивая через ступеньку, я направился в кубрик. Длинный коридор второго этажа встретил меня знакомой атмосферой казармы. Серые каменные стены, скрипучий деревянный пол, никаких украшений и излишеств. Просто и по-армейски. Я толкнул вторую дверь слева и оказался в просторной светлой комнате с десятью узкими кроватями, застеленными одинаковыми бурыми одеялами. Только забалуй у Беркута и не заправь постель! Уж как он муштровал своих солдат, так не издевались, пожалуй, даже военачальники в армии Белоярской империи. В нем явно умер генерал.

В стене слева имелся небольшой выступ от пола до потолка – жаровой канал для горячего воздуха, ведущий от большой печи в подвале. Моя кровать стояла у самой двери, дальше всех от теплого местечка. Незавидная участь новичка. Другого я и не ожидал. Армейские порядки – они везде армейские порядки, даже если это всего лишь колдовской отряд наместницы.

Грубо вытесанную тумбу с двумя полками мы делили с соседом по имени Данир. Он не очень-то жаловал выскочку, из жалости переведенного из обычных рабочих, поэтому поначалу нагло занял половину моей полки своими вещами. В первый раз я миролюбиво переложил их обратно, разложив свои пожитки по местам. Когда захват повторился, свои вещи Данир нашел на кровати и полез ко мне с кулаками. Я в драку не ввязывался, лишь предупредил, что сожгу их, если вновь увижу на своей полке, и красноречиво вызвал тени. Данир же хвастливо пообещал располосовать мне лицо. Дальше заносчивых угроз мы не зашли, но с тех пор он со мной не здоровался.

Парни в кубрике поглядывали на меня с недоверием и сторонились, а я больше не нуждался в дружбе с ними. Наместница стала моим главным осведомителем о себе, но ухо я по-прежнему держал востро, прислушиваясь к солдатским сплетням.

Впрочем, Ансар, колдун, пытавший меня в подвале вместе с Беркутом и Амаль, оказался на удивление приветлив. Поначалу я недоверчиво косился на заместителя командира, когда тот вдруг сменил гнев на милость, но вскоре проникся к нему уважением. Ансар поступил по-мужски: признал свою вину и извинился без всяких обиняков. В подвале он был искренне уверен, что я помощник кадара. Во главе с наместницей они жаждали одного – прекратить убийства в Вароссе. И переборщили.