Книга Змеи города роз, страница 164 – Юлия Арвер

Двое напарников незадачливого бойца бросились на меня разъяренными боровами. Они обездвижили меня, навалившись немалым весом, а опозоренный солдат влепил увесистую оплеуху, отчего в голове зазвонили незримые колокола

— Ты нарвался, говнюк, – прошипел он, наклонившись ближе, но тут же скривился и отпрянул. – Что ты такое пил? Невыносимая вонь! Хоть не сдохнешь по дороге?

— А тебе какой вариант по душе: чтобы сдох или нет? – поморщившись от головной боли, процедил я.

— Он еще и дерзит! Совсем стыд потерял! – не унималась карга в персиковом платье.

Я стрельнул в нее гневным взглядом, и сгустившийся воздух заставил старуху испуганно отпрянуть, шепча молитвы Творцу.

— Он еще и колдун! Этот пьянчуга чуть не убил меня! – завопила она, тыча в меня пальцем. – Отведите его к навирам! Пусть отправят мерзавца на рудники!

Солдаты растерянно переглянулись, а я с дурацкой улыбкой пожал плечами, внезапно осененный спасительной идеей. После подлого предательства Мауры у меня не осталось причин скрывать свою сущность. Братья помогут отыскать Амаль, раз не помогла ее мать!

— Отведите меня к навирам, или я удавлю их обеих! – заявил я, окидывая склочных теток хмурым взглядом, отчего обе бросились наутек, будто и не было у них за плечами солидного возраста.

Один из солдат отвесил мне увесистый пинок и грубо толкнул вперед.

— Будем мы еще из-за пьянчуг навиров беспокоить. Давай, двигай. Посидишь в камере денек-другой, очухаешься.

— Еще раз повторяю: отведите меня к навирам, иначе пожалеете.

Солдаты переглянулись и расхохотались, приправив свой смех еще одним тычком в спину.

Я чуть слышно зарычал и процедил:

— И не говорите, что я вас не предупреждал.

Воздух вокруг сгустился, будто кисель, и взял в удушливый плен каждого из них. Солдаты схватились за шеи в отчаянной попытке вдохнуть. Я остался на месте, несколько прекрасных мгновений вальяжно наблюдая за их ужасом. Магия бурлила в отдохнувшем теле, упрашивала поднажать и довести дело до конца. Тьма жаждала видеть перед собой посиневшие трупы, но я был ее хозяином и потому велел замолчать. Одна мимолетная мысль, и солдаты вновь получили возможность дышать полной грудью, надсадно кашляя и отплевываясь.

Ужас на их лицах сменился яростью. Мгновенная подсечка, и мое лицо уже вдавили в брусчатку. Двое солдат нависли сверху, придавив своим весом, третий же отстегнул от портупеи особые кандалы и заковал в них мои руки, надежно пленив магию.

— Теперь-то вы отведете меня к навирам? Как видите, кандалы не причиняют мне неудобств, – пробормотал я, кое-как двигая губами из-за брусчатки, в которую по-прежнему вдавливала мое лицо рука одного из солдат.

— Как такое возможно? Может, они сломались? – пробормотал кто-то из них.

Было у этих кандалов еще одно занятное свойство: они причиняли боль любому существу, будь то колдун, ведьмак, человек или нечисть из сказок и легенд. Их ковали из того же металла, что и особые кинжалы – главное оружие каждого навира. Без этих незаменимых вещиц мы оказались бы бессильны против тех, кого приходилось ловить.

Особый металл, руду для которого вот уже несколько столетий добывали на одном из рудников Фадаята, не причинял боль лишь самим навирам, и то потому, что во время обучения каждый из нас прошел мучительный ритуал посвящения. Противоядие, разработанное самыми выдающимися химиками императора, вводили под кожу, и оно даровало защиту от боли, но всю эту боль мы испытывали, пока сыворотка приживалась в теле.