Книга Диспноэ, страница 28 – Юлия Арвер

— Надеюсь, в темноте ты не превращаешься в крота? – ехидно поинтересовалась Лиза.

— Кто тебе сказал, что я плохо вижу? – хмыкнул Воронцов, даже не повернув головы в ее сторону.

— Например, твои очки.

— Это мой стиль. Тебе знакомо такое слово, вампирша?

— Мне знакомо слово «душнила».

— Значит, сейчас я пополнил твой словарный запас.

Какое-то время они продолжали лениво переругиваться под смешки Ника, потом Лиза пыталась расспросить Воронцова об Азии, но тот отмахнулся, заявив, что не имеет права рассказывать о работе в МИДе. Явно соврал, скотина.

Когда часы перевалили за полночь, Лиза вытащила из-под ворота футболки веревочку с амулетами, болтавшимися на шее, и на этом защита закончилась. От призраков не спасут ни пистолет, ни ошейник, ни святая вода. Только татуировки и амулеты. Кстати, а было ли что-то из этого у Воронцова? Лиза спрашивать не будет. Пусть сам о себе заботится.

— Эй, ты-вы, у тебя есть защитные амулеты? Татуировок еще уж точно нет, – не выдержала она через пару минут. Совесть иногда была сильней характера. Подводила она Лизу, подводила.

— Ого, ты решила побеспокоиться об этом спустя полдня? Мило, – хмыкнул Воронцов, и Лиза пожалела, что вообще открыла рот. Пусть бабка его задушит, да поскорее! – Впрочем, Ник до сих пор не догадался спросить, хорошо ли защищен его друг.

— Как будто я тебя не знаю, – фыркнул Баркалов. – Ты запаслив, как муравей. Не удивлюсь, если татуировки отец набил тебе еще в школе.

— Ну-у, не в школе, но давненько, – со смешком подтвердил Воронцов. – Об амулетах я тоже позаботился заранее. Я же не идиот, чтобы идти на встречу с призраком, вооруженный только ораторским талантом.

Слушая их пинг-понг из сарказма, Лиза подобрала под себя ноги и поклялась, что больше ни слова не скажет Воронцову, чтоб он провалился. Скорей бы призрак объявился! Осточертела уже эта квартира и сомнительная компания.

Когда все затихли, Лиза сама не заметила, как погрузилась в сон. Тело в тишине и темноте подвело. Казалось, Лиза только моргнула и распахнула глаза от жара. Амулет на шее нагрелся и обжег кожу даже сквозь ткань футболки, а татуировка на левом плече возмущенно запульсировала.

Она дернулась и заметила над собой старуху в черной мантии. Лохматая, высохшая, походящая на оживший труп – точь-в-точь такая, какой ее описывала Альбина.

Старуха баюкала обожженную руку – похоже, хотела придушить Лизу, но не тут-то было.

Мара оскалилась, но попятилась к излюбленному креслу, где обитала ее неупокоенная душа. Лиза вскочила с дивана, и от резкого движения встрепенулись Ник с Воронцовым. Уснуть умудрились все.

Лиза приближалась к старухе, пока та вжималась в спинку кресла – чувствовала демоническую сущность. И боялась. Низшая нечисть до одури боялась демонов.

Лиза не сводила со старухи алого взгляда. Та скалилась, но не отворачивалась – не могла. Глаза Лизы надежно приковали ее сущность к себе.

— Расскажи мне, что держит тебя на этом свете, – приказала Лиза. Ее подстегивало сладкое ощущение власти над призраком. Оно возвращалось каждый раз, стоило столкнуться с беззащитной нечистью.

Старуха молча подняла руку и указала на Ника.

— Я, конечно, красивый, но вряд ли способен удержать здесь эту зрелую леди, – нервно протянул он. – Значит, дело в диване.