Книга Диспноэ, страница 140 – Юлия Арвер

* * *

— Что за девки пошли? То у нее куча мужиков ночует по очереди, то огненный змей сюда таскается, то демоны, то оборотни. Нет-нет, котик, ты хороший. Не обижайся, – услышал Ник сквозь сон ворчливый голос домового. – Эй, слез бы ты с кровати.

Ник распахнул глаза, перед которыми на пару секунд все поплыло. Рядом с его лицом навис черный кот и глядел на него так, будто видел перед собой кошачьего раба, которому нельзя поручить ничего, кроме уборки царских какашек. Рядом сопела Лиза. Надо же, Ник уснул так крепко, что не заметил, как ушел Кирилл, а Лизавета забралась к Нику под бок.

Эмиль тем временем по-хозяйски запрыгнул к нему на грудь, прошелся по животу, как будто специально наступил лапой прямо на член, и шустро отскочил в изножье кровати.

— Падла. Выбросить бы тебя из окна. Может, повезет, и ты сломаешь себе шею, – прошипел Ник, согнувшись пополам от боли.

На самом деле хотелось поорать матом, но тогда проснется Лиза, и ему не поздоровится. Разбуженная Лиза – бешеная Лиза. Нику такого развлечения с утра не надо. Ему бы кофе. Крепкого. Черного. В тишине, чтобы обдумать вчерашний вечер.

Наутро слабость прошла бесследно, как похмелье, оставив заряд энергии, как у пауэрбанка. Из окна пробивались несмелые лучи солнца, предательски подсвечивали пыль на мебели. Из Лизы не получилось примерной хозяйки, но она наверняка не очень-то горевала по этому поводу.

Ник поднялся с кровати, одернул трофейную футболку с каким-то героем аниме и, совершенно не стесняясь своих ярко-фиолетовых боксеров, прошлепал босыми ногами к кухонной зоне. Домовой сидел на подоконнике полукруглого окна, болтая ногами и перебирая гречку. Он не переставал ворчать себе под нос, совершенно не заботясь, что своим бубнежом кого-то разбудил.

— Что за митинг с утра пораньше? – поинтересовался Ник.

— Говорю, что слишком много мужиков развелось в квартире незамужней барышни. Ее так замуж никто не возьмет.

— Это же Лиза. Она и сама ни за кого не пойдет.

— Поговори мне тут! Слепошарый ты, раз не видишь, что на душе у твоей подруги.

С дивана донесся довольный стон, прервав их с домовым разговор по душам.

— Хочу всегда просыпаться в мягкой постели, а не на нарах, – блаженно пробормотал Алан, ни к кому конкретному не обращаясь. – Впрочем, на нары я больше ни за что не вернусь. Эй, Никó, сделай вид, что ты ничего не слышал.

Ник сердито закатил глаза и выпалил:

— Вот как так: ты ведь только проснулся, но уже бесишь?

— Это талант, малыш. Поначалу я всех бешу. – Алан картинно потянулся, отчего на тощем торсе поступили все ребра. Если он собрался соблазнять женщин этим, то у Ника для него плохие новости. Внимания заслуживали только татуировки. Вот они притягивали взгляд. – Правда, со временем в меня почему-то влюбляются. Врожденную харизму не спрятать.

— Зато можно укоротить язык секатором, – отрезал Ник, включая кофемашину. Не судьба сегодня Лизе выспаться. По недовольному кряхтению и копошению на кровати он понял, что ходит по краю лезвия.

— Мой язык куда полезней целым. Ему можно найти применение получше, – хохотнул Алан, но, заметив кислое выражение лица Ника, поубавил пыл. – Я имел в виду, что мир лишится лучика света, если в один ужасный день я перестану разговаривать. А ты что подумал?