Книга Фальшивая избранница короля. Любовь не предусмотрена, страница 88 – Оксана Волконская

Дафна оказалась права. Такую часть дворца леди Диана бы мне не показала. А если бы и показала, вряд ли бы рассказала. Все-таки мужчины так любят выглядеть мужественными и грозными, даже если ведут себя как балагуры. И очень редко показывают, что внутри них бьется очень горячее, сильное и доброе сердце. А политикам так практически предписано такого не иметь!

Так что Дафна показала мне гораздо больше, чем дворец. Она показала моего сообщника с крайне неожиданной стороны. И я почему-то улыбалась при мысли о том, сколько еще скрыто за масками этого удивительного мужчины. Раз за разом он открывается мне с новой и крайне неожиданной стороны. А сколько еще странного и удивительного я смогу узнать, прожив во дворце чуть дольше?

У животных мы провели достаточно много времени. Но на этом наша экскурсия не закончилась. Дафна все так же решительно провела меня еще по нескольким аллеям и остановилась у нового павильона.

— А здесь расположен птичник, — деловито сообщила она.

Я, вырванная из своих дум, на мгновение замерла. Может ли быть такое, что я здесь встречу своего ночного гостя?

Птиц здесь было немерено — аж глаза разбегались от их количества. Причем, в отличие от общепринятых птичников, здесь были не только те, что могли бы пригодиться в охоте. Среди соколов, ястребов можно было встретить и голубей, и попугаев, и малюсенькую колибри, даже магическую птицу-феникс. Они друг другу не мешали и практически не пересекались — птичник был поделен на зоны, чтобы хищники не могли пересекаться с другими птицами или с магическими крылатыми. И, соответственно, не могли на них охотиться.

Всюду царил гомон, чириканье, даже соловьиные трели. Людям, предпочитающих тишину, здесь стало бы не по себе. Я же с любопытством оглядывалась по сторонам, вновь и вновь поражаясь размаху.

— Здесь тоже спасенные птицы? — полюбопытствовала я у Дафны. Ведьмочка рассмеялась:

— Не совсем. Хотя и такие тоже есть. Однако среди них много и купленных, специально выращенных для охоты. Все-таки охота — дворянское развлечение.

— А как в охоте могут пригодиться попугаи, павлины или колибри? — не удержалась я от ехидного замечания. Дафна в ответ хмыкнула:

— А ты сама у них спроси.

Ответ, конечно, был нетривиальный. Но мы в этот момент как раз находились возле вольеров попугаев, и один из них взлетел на уровень моей головы и неожиданно высокомерно заявил:

— Я — лучший в мир-р-ре хищник, — он произнес это гордо, с раскатистым «р». А я невольно вздрогнула, не ожидая столь неожиданного собеседника. — Я их заговор-р-рю!

Взирал на нас он так уверенно и гордо, что не оставалось никаких сомнений — любую жертву он заболтает, причем до смерти. И сам даже перышек при этом не запачкает, дождавшись, пока охотник подкрадется со своим оружием. Мы с Дафной переглянулись и расхохотались.

— А я еще и петь умею! — немного обиженно проговорил попугай, явно обидевшись на нашу реакцию. Он был очень хорошенький — большой, красно-желтый, с очень внушительным клювом и внимательными глазами. Не дожидаясь нашего ответа, он начал высвистывать какую-то мелодию.

— В твоих способностях никто и не сомневается, Амур! — успокоила его Дафна, с явным трудом принял серьезный вид.

— Дафна хор-р-р-рошая, — тут же отвесил ей комплимент этот красавчик. Потом решил, что несправедливо хвалить кого-то одного и добавил. — А Амур-р-рчик — самый лучший.