Книга Фамильяр с подвохом, страница 25 – Александра Ибис

— Я не обязана исправлять твои ошибки.

— Не обязана, - мягко согласился дракон из другого мира, чмокнув меня в висок. - Но ты можешь протянуть мне руку. Кроме того, я – уже твоя ошибка, Вика. Как и ты моя.

Сказать, что я не любила думать о чём-то или о ком-то, как о своих ошибках, – значит, не сказать ничего. В какой-то момент со мной случилось то, что я называла переполнением принимающего вину бака – различная ответственность, повешенная на меня за учёбу, за унаследованный не от того родителя характер, за сказанное ребёнком или подростком слово, за эмоции взрослых, которые на слова нездорово реагировали, безостановочно годами лилась во внутренний бак, именуемый мною. Бак с годами рос, как и тело, однако ничего оттуда не сливалось, потому что какую-то часть вины на себя никогда никто не брал – соответственно, не вычерпывал. В конечном итоге это привело к тому, что происходит с каждыми баками, – к переполнению. С тех пор я отказывалась воспринимать свои косяки, от мелких до действительно значительных, потому что они не доходили до моего сознания, выливаясь из бака, куда не могли попасть, пока место не будет освобождено.

Однако слова Артамона я всё же обработала. Почему его, а не чужие, в чём разница его подачи? Не в том ли, что он вычерпнул часть воды из бака, признав, что не я – ужасный раздражитель, который довёл его, бедного и несчастного дракошу, а мы оба – просто два косячника? То, что такой идеальный дракончик может зваться косячником, меня невероятно успокаивало, словно мы становились с ним на одну ступень, в то время как прежде Артамон стоял выше.

— Косячник, - это единственное слово, что я озвучила вслух. Интонация вышла доброй и шутливой.

— Эм… кто? – недоумённо переспросил Артамон. И именно его незнание моего совсем не культурного словечка смогло меня окончательно расслабить. Я хихикнула и зевнула, не заботясь о том, чтобы прикрыть рот.

— Узнаешь, когда станешь чуть меньшим занудой! – пообещала, засыпая с улыбкой на губах. Ну, как засыпая…

— Вика? – дракон поправил мои волосы у уха, нежно и тепло.

Я промычала что-то невнятное, обозначив, что всё ещё не совсем ушла в мир грёз.

— Есть ли место, которое ты могла бы назвать своим приютом? Место, откуда не хотелось бы уходить?

— Гммм? Ммм?! – из закрытого рта донёсся удивлённый набор звуков – я не понимала, почему именно такой вопрос.

— Ты скучаешь по каким-то родным местам? – уточнил Артамон.

— Гнннн, - отрицательно мыкнула. Меня не волновало, где я, до тех пор, пока имелись возможности делать, что желаю, кушать, что хочется, и сохранять свою личность. В отличие от многих героев, попавших в другие миры, тоской по дому я не страдала, разве что по привычным для меня удобствам, бывало. Может, потому что по натуре совсем не была героем. Скорее, той, кто хотела бы очень ярко сгореть, как сверхновая.

— А по людям?

— Гнннннн, - я завозилась недовольно.

— Хорошо, - выдохнул дракон и заткнулся.

Что ему хорошо, я не спросила. Его подбородок прошёлся по моей макушке, и я поплыла на волнах защищённого сна, зная, что никто меня не потревожит. И не зная, что тревог по пробуждению мне подарят слишком много.

Глава 8. Волшебная палочка

Цель нашей поездки была крайне простой, если не сказать тривиальной – в глухомани не хватало магов, в то время как местным жителям потребовалась магическая помощь, которую можно осуществить только несколькими одарёнными. Проблема была какая-то такая, что даже нормального мага посылать из столицы и не хотелось, а вот обратиться в академию и стребовать оттуда кого-нибудь, чтобы вписать работу в глуши, как студенческую практику, вполне. Таким образом, изначально низкооплачиваемая работа становилась вообще бесплатной, ведь, как известно, студентам платить не надо.